Книга Бессмертная и беспокойная, страница 50 – Мэри Дженис Дэвидсон

А, Дон Фриман, самый сексуальный бухгалтер на планете. Когда он впервые появился в нашем доме (он всегда приносил Джесс что-нибудь на подпись, и никто не ожидал, что к ним придёт мегамиллионер), я приняла его за викинга из Миннесоты. Расправив плечи, я посмотрела на него.

— Бетси, почему, чёрт возьми, ты мне не перезвонила? Это снова Марк. Послушай, позвони мне. Я начинаю беспокоиться.

Он начал беспокоиться? Он звучал нормально, совсем не мёртвый. И не по принуждению. Я бросилась к телефону, прокрутила его первое сообщение ещё раз и набрала номер.

— Курорт Пиратская бухта, Малый Кайман.

— О, да. Я ищу доктора Марка Спенглера? Он оставил этот номер?

— Думаю, он всё ещё ныряет с аквалангом.

Ныряет с аквалангом?

— Можете подождать, пока я проверю?

— Не торопись, — процедила я сквозь стиснутые зубы.

Раздался щелчок, когда кто-то положил трубку.

Он был в отпуске! О, я бы убила его. Я бы съела его живьем, а потом разрезала на тысячу крошечных кусочков и каждый из них подожгла. Затем я бы заставила «Пепел» посмотреть повторы четвертого сезона «Выжившего». Потом я бы…

— Алло? — тяжело дышал Марк. — Бетси? Это ты?

— Извини, что прерываю твоё погружение с аквалангом, — холодно сказала я.

— О, это было сегодня утром. Я слонялся по бару, ожидая, когда ты перезвонишь. Послушай, я пытался дозвониться до тебя несколько дней.

— Да, я знаю! Что происходит? Ты действительно на Багамах?

— На Каймановых островах, — поправил он, — и да. Но это лучшее место для отдыха из всех возможных. Сотовые телефоны опасны, как и подключение к Интернету. Только что на нас обрушился ужасный шторм, который не помог. С тех пор дайвинг превратился в сплошное дерьмо.

— Но что ты там делаешь?

— Надрываю мозги, — сказал он чересчур жизнерадостно. — Ты знаешь Дэвида Кеттерлинга? Симпатичного нового педиатра?

Я смутно помнила, как Марк что-то бормотал о новеньком парне в больнице, но тогда не придала этому значения, поскольку у Марка, как мы все знали, не было другой жизни, кроме… ну, нас.

— Ну, — продолжал он, — у нас у обоих был четырёхдневный отпуск в одно и то же время, а его бабушка владеет этим курортом, так что, под влиянием момента…

— Ты уехал из страны с совершенно незнакомым человеком.

— В моём представлении это было более романтично, — признался он.

— Марк, я до смерти волновалась!

— Прости, Бетси. Я же сказал тебе, это было спонтанно. И я пытался дозвониться с тех пор, как мы приехали сюда. Дэвид был тем, кто предложил нам воспользоваться стационарными телефонами лоджа. Не могу поверить, что я не подумал об этом три дня назад.

— Думаю, у тебя были другие мысли.

— И у меня во рту, — весело сказал он.

— Спасибо за этот нелепый мысленный образ.

— Гомофобия поднимает свою уродливую голову?

— Дорогой, если бы Джессика рассказала мне о частях тела Ника, которые она держала во рту, у меня была бы точно такая же реакция.

— Эй, она здесь? Дай мне с ней поговорить. Отец Дэвида — первоклассный онколог в Нью-Йорке. У него несколько идей.

— Эм… — искушение вылить все свои проблемы по телефону, как вонючее масло, было почти невыносимым. Он мог бы вернуться сюда завтра в это же время. Я бы не была одна. Он был врачом, он был умным, он был весёлым, мы были хорошими друзьями. Он мог бы помочь мне. Он бы помог мне.