Книга Песнь Света о черничной весне, страница 108 – Кира Цитри

— Прочтите записку, Госпожа, Повелитель ждет ответа.

— Повелитель? — изумился мальчишка. Он взъерошил русые волосы и, вытянув шею, вчитался в красивые буквы.

Через секунду лицо Персефоны озарилось широкой улыбкой, глаза сами собой засветились от радости, руки слегка затряслись в предвкушении, а сердце забилось со скоростью света. Ахнув, девушка поняла, что ручки и чернил поблизости нет. Закусив губу, она решила рискнуть и применить магию. Так с ее пальцев сорвался обсидиановый огонек и на обороте карточки появилось: «Благодарю за честь, Повелитель. С радостью проведу с вами время. Персефона».

Девушка протянула слуге карточку и он, поклонившись, коснулся нити Света и исчез. Персефона наклонилась к цветам и вдохнула их аромат. Какие же прекрасные! Сделав шаг, под ногами что-то хрустнуло. Удивленные ледяные глаза опустились вниз. На пыльной земле валялись сломанные стебли роз, которые были совсем не нужны ее сердцу. От Ниалла она готова была принять даже один крохотный цветок и быть при этом счастливой, а от мальчишки был бы не мил даже букет из 101 розы, выложенный сердцем. Она швырнула бы ему в лицо мир, который он возложил к ее ногам, просто потому что ее сердце рядом с ним мирно стучало в груди всего лишь в одном ритме, сотканном золотистыми нитями и вышитыми пятью буквами «Ниалл».

— Персефона, как же так? — растерянно прошептал мужчина. Под охристыми ресницами заблестели слезинки.

Персефона раздраженно дернулась, обхватила руками коробку, но прежде чем исчезнуть, жестоко вогнала в сердце мужчины огромный ледяной кол, с конца которого на сломанные стебли потекла рубиновая кровь.

— А ты на что рассчитывал? Что я растаю от твоих букетиков и вечных тасканий за мной? Посмотри где ты, — кивнула она в сторону сломанных стебельков, припорошенных пылью, -и где Повелитель Света.

Мужчина сглотнул ставшую вязкой слюну и прикусил кончик языка. Предательские слезы все равно побежали по щекам, капая на бархатные рубиновые лепестки. Зло взмахнув ладонью, их вдруг охватил яркий огонь. Он лизал бутоны, за долю секунды превращая их в пепел. И только когда последний лепесток сгорел, огонь исчез, как испарился мужчина, чье сердце сегодня тоже превратилось в пепел, который подхватил летний ветерок и унес в далекое бескрайнее море надежды.

Персефона медленно шла за ровной спиной слуги. Мужчина вел ее через арки разнообразных цветов. Девушка таких даже никогда не видела. Бутоны похожи на маки, только цвет у них был необычный: плавным градиентом от белоснежного до ярко-алого лепестки обрамляли черную как бархатную ночь сердцевину. Персефона посмотрела под ноги и ахнула. Они шли по хрустальной дорожке и от каждого шага в разные стороны разливались разноцветные волны: то синие, то ярко-желтые.

— Это магия Повелителя? — удивленно спросила Персефона.

Слуга покосился на изумленную девушку. Карие глаза скользнули по тоненькой фигурке, затянутой в белоснежную рубашку на шнуровке, опустились ниже на пышную юбку в черно-красную клетку, но взгляду пришлось вернуться на ее фарфоровое лицо. Мужчина нехотя поднял глаза и ответил:

— Все верно, госпожа.

Карий взгляд задержался на змейках волос, собранных в высокий хвост, на длинные угольные стрелки, придающие глазам кокетливый лисий прищур, на пухлые губы, сияющие под солнечными лучами. Он вздохнул: хорошенькая. Жаль только, что Повелитель оторвал бы ему голову, если бы заметил такой откровенный заинтересованный взгляд. Все знали: рядом с женщинами Ниалла лучше даже не дышать, чтобы не вызвать его гнев.