Книга Развод. В плюсе останусь я, страница 60 – Софа Ясенева

— Логичное? — я чувствую, как внутри всё закипает. — Логично не поставить человека в известность, прежде чем сделать из него руководителя?

Лёша встаёт и подходит ближе, опираясь ладонью о край стола.

— Мы не хотели тебя подставлять. Просто ждали, когда будет понятна ситуация с твоим декретом. Думали, что обсудим всё спокойно, без слухов. Но, видимо, кто-то оказался слишком разговорчив.

Я сжимаю пальцы на подлокотнике. Голова начинает гудеть то ли от злости, то ли от чувства, что снова за меня решили, не спросив.

— Вы даже не представляете, как это выглядит со стороны. Вся клиника уже судачит, что я заняла место человека, который ждал его десять лет.

Шапин поднимает глаза от бумаг и впервые за разговор чуть напрягается.

— Мы не собирались устраивать цирк, Карин. Просто думали, что это временно. Чтобы ты могла совмещать административные вопросы дистанционно, пока будешь в декрете. А дальше — посмотрим.

— А Ольга Матвеевна “посмотрит” вместе со всеми, да? — не сдерживаюсь я. — Вы вообще понимаете, что происходит? Люди злятся, мне неловко даже в ординаторскую зайти.

Лёша закатывает глаза и говорит с той снисходительной интонацией, которая всегда действовала на нервы:

— Не принимай всё так близко к сердцу. Зависть — нормальная реакция.

— Спасибо, — холодно отвечаю. — Очень ценный совет.

Он усмехается, но не отвечает. Шапин делает вид, что не замечает напряжения, и снова переключается на документы.

— Карин, ты пойми, это решение ещё не финальное. Но нам нужно было внести твою фамилию в проект, чтобы не терять время с оформлением бумаг. Всё можно обсудить и скорректировать.

Я глубоко вздыхаю, пытаясь совладать с эмоциями.

— Знаете, я, пожалуй, действительно схожу в декрет. С завтрашнего дня. И пока не разберётесь, кто у вас там “потенциальные руководители”, оставьте меня в покое.

Я разворачиваюсь и направляюсь к двери. В спину слышу голос Лёши:

— Карин, не горячись. Мы же на одной стороне.

— Сомневаюсь, — бросаю через плечо и выхожу.

Из кабинета я выхожу с тяжёлым сердцем. Коридор кажется длиннее обычного, шаги отдаются гулко. Не могу радоваться, хотя раньше бы, наверное, прыгала до потолка, ещё полгода назад я бы сочла это признанием заслуг, успехом, карьерным ростом. Теперь же только тревога и горечь на языке. Что-то тут не чисто.

У выхода меня уже ждёт Вадим. Стоит, опершись о машину, руки скрещены на груди. На лице ни следа мягкости, одни острые линии.

— Карина, мне нужно с тобой поговорить.

Я сразу напрягаюсь вся, будто внутренне выпрямляюсь. В его тоне слишком много металла и ни грамма теплоты.

— Может, в машине сядем? — пробую сгладить.

— Предлагаю доехать до дома.

— Но это же далеко.

— Разговор предстоит долгий.

Я чувствую, как под ложечкой неприятно тянет, и ребёнок внутри будто откликается на моё волнение, толкается сильно, настойчиво. Ладонью машинально глажу живот, стараясь успокоить нас обоих.

Вадим открывает передо мной дверь.

— А моя машина?

— Я потом пригоню, не проблема.

— Ладно, — позволяю усадить себя на переднее сиденье.

Пристёгиваюсь сразу, аккуратно подкладывая под ремень сумку, иначе он очень уж давит на живот, и сын тут же прицельно бьёт меня туда. Рисковать, ездя и вовсе непристёгнутой, не хочется, я не люблю необдуманных рисков.