Книга Развод. Мне теперь можно всё, страница 2 – Софа Ясенева

Ощущение тревоги растёт. Никто ничего толком не знает. И это пугает меня сильнее, чем любая конкретная новость.

Мельком смотрю в календарь на стене в прихожей. Сегодня пятница, рабочий день. Сентябрь только начался, а значит, муж должен быть на работе. Поэтому звоню секретарю в ректорат.

— Марианна, это Лида.

— Слушаю, — премерзким голосом отвечает, явно недовольная тем, что отвлекла её от суперважного дела. Например, от выбора очередного комплекта кружевного нижнего белья.

— Толмацкий на месте?

— Сейчас посмотрю.

Слышу стук каблуков, а затем попытки открыть дверь кабинета ректора.

— Заперто. Наверное, опаздывает.

Всё это кажется мне очень странным. Мой всегда пунктуальный муж очень серьёзно относится к своей работе, считая её трамплином в высшие инстанции, где он сможет по-настоящему развернуться как гениальный управленец.

То, что его до сих пор нет на работе, ситуация из ряда вон. Скорее всего, где бы он ни был, сейчас очень торопится.

Мне же не терпится убедиться, что все мои непонятно откуда взявшиеся и выстроившиеся в ряд тараканы в голове — всего лишь происки моего ослабленного отравлением организма. Ведь мой муж ни за что и никогда не сделал бы ничего, что плохо отразилось на нашей семье.

Семья для него — не только место, где всегда помогут и поддержат, но и брэнд, который продвигает его по карьерной лестнице. А я рада помогать ему в этом.

Звоню ещё раз, но теперь абонент не абонент. Наверное, зарядка села. Или он отключил телефон. Или...

Так, Лида, отставить панику. Всё с Димой хорошо. Сейчас ты оденешься, вызовешь такси и отправишься в универ. Там дождёшься мужа, и всё станет ясно. Ну не изменил же он мне, в самом деле?

Да нет, Дима не мог. За десять лет брака он ни разу не давал повода думать, что когда-то посмотрит на другую женщину. Это не в его правилах. Да, у него частые командировки, множество женщин как в штате университета, так и в его собственной компании. Если он с кем-то и где-то был, я бы почувствовала.

Ведь почувствовала, да?

Господи, руки так трясутся, что я с трудом вызываю такси. Кладу в сумочку ключи от его кабинета.

Полчаса и я на месте. Тревога змеёй свернулась в груди и сейчас подняла голову, грозно шипя.

Милый, дорогой, любимый, пожалуйста, пусть это окажется просто лишней дозой виски, выпитой вчера за компанию с кем-то. И просто попыткой не мешать мне, не дышать на меня алкоголем, чтобы мне не стало ещё хуже.

Поднимаюсь в ректорат, уверенно подхожу к двери в кабинет. Сердце грохочет так, что, кажется, его слышит весь коридор.

— Я же говорила, его нет, — подскакивает Марианна.

— Ты прекрасно знаешь, что у меня есть ключи. Подожду там, — решаю идти до конца.

— Стой!

Вставляю ключ, поворачиваю его, хватаюсь за ручку.

— Лида! — секретарша бежит ко мне.

Поздно. Я распахиваю дверь и вижу своего мужа на диване, полураздетого. А на нём лежит какая-то женщина.

В этот момент всё вокруг будто замирает. Звук уходит. Цвета тускнеют. Я чувствую, как будто меня обдали кипятком и одновременно заморозили. Только одно ощущение остаётся — тошнотворная боль, пронзающая сердце, грудь, живот. Всё. До самого основания.

Я не кричу. Не хлопаю дверью. Просто стою. Смотрю. Молча. И внутри всё рушится.

Марианна отталкивает меня и протискивается в кабинет. При виде той же картины, что открылась мне, как-то по-бабьи всхлипывает. Лицо у неё сейчас такое расстроенное, что складывается ощущение, будто обманутая жена здесь она, а не я. Это вызывает во мне странную смесь раздражения и отчуждённого любопытства — она что, правда считает, что имеет на него какие-то права?