Книга Оккультриелтор, страница 87 – Цзян Тай-Юй

Ши-чун молчал, продолжая курить. Затем вынул из рюкзака все оставшиеся деньги загробного банка, пачку за пачкой, засунул их себе за пазуху, так что стал напоминать толстяка.

— Ты чего?

— Делай как я, быстрее. По крайней мере так удастся продержаться подольше, все ж какая-то защита.

Мы оба превратились в угловатых толстяков, насовав себе под куртки бумажных ритуальных денег, хоть двигаться с ними было неудобно. Ши-чун выкинул сигарету, энергично притушил ногой и произнес:

— Когда войдем, будь внимательнее. Если что – сразу убегай, не оборачивайся. А если все нормально пойдет, мы найдем Паиньку и Фэй Луна и уведем их с собой. Все понял?

Я кивнул.

Ши-чун вытянул вперед руку, подняв три пальца.

Три.

Два.

Один.

Давай!

Я встал и тут же тяжело повалился обратно на землю.

— Это еще что за хрень?

Когда я столкнулся с Фэй Луном в потайной комнате, мне казалось, что он самое жуткое на свете создание. Как же я ошибался! Передо мной вырос смахивавший на скелет высохший труп: весь сморщенный, кости выпирают, пустые глазницы, голова повисла, шея изгибается и мотается влево-вправо, а во рту зажат череп с длинными волосами. Левая рука, как будто демонстрируя мышцы, поднята, качается из стороны в сторону, правая рука тащит другой иссохший труп – безголовый.

Когда его шея изгибалась, я заметил, что зажатый во рту череп плачет.

— Ян Шу, иди!

Фэй Лун! Прямо под ногами у этого высохшего полускелета тень огромной фигуры была еле видна. Казалось она вот-вот пропадет совсем.

— Иди! Быстрее иди!

— А-а-а-а-а!!!

Я не успел среагировать, как из-за шеи полускелета вылезла какая-то змеевидная штука и недобро усмехнулась нам. Неужели это Паинька?

Потом меня дернули за руку, и я рухнул на землю.

Паинька вдруг бросился вперед и, если бы не Ши-чун, потянувший меня назад, заехал бы мне прямо по лицу. Я заорал:

— Паинька, это я, ты чего?!

Паинька встал на четвереньки, выгнув спину, и бросился на меня второй раз. Я поднял руку с черным ножом и отчаянно замахал им. Вжик! Паинька как нагрянул, так и отпрянул, пал ниц и уставился на меня.

— Чтоб тебя!

Полускелет вдруг замахнулся и ударил Ши-чуна, и тот упал рядом.

В одно мгновение передо мной пронеслись две поблескивающие штуковины – бам!

Полускелет отведал стальных шаров Ши-чуна.

— Гэ, гэ, гэ, гэ, гэ, гэ, гэ, гэ…

На долю секунды я услышал звук, исходящий от Паиньки.

— Хи, хи, хи, хи…

Я в испуге перекатился в сторону, чувствуя, как по моей голове заехали чем-то тяжелым так, что чуть сознание не потерял, а вдобавок под носом потекло что-то горячее.

— Трое врат на небе, четыре двери на земле, сей закон вам не узреть. Трое прогневятся, пятеро сгинут, повернется круг времен, воистину, тоска уйдет на восток.

Бу стояла в паре шагов от меня, распуская убранные в хвост волосы. Когда они распустились точно павлиний хвост, стало очень красиво.

Перед тем как закрыть глаза, я увидел запыхавшегося Толстого Чу: он бежал ко мне и тащил за собой Ши-чуна. А дальше – ничего не помню.

Темень унесла меня в черном вихре, крутя то в одну, то в другую сторону, так что живот чуть не вывернулся наружу. Во рту ощущался соленый привкус, не только крови, но и выполотой осенью травы. Я открыл глаза – на меня смотрел Ши-чун. Толстый Чу лежал на спине, пыхтя и фыркая, а Бу сидела на коленях, руками упершись в землю.