Книга Оккультриелтор, страница 86 – Цзян Тай-Юй

Когда ритуальные деньги загорелись, огонь превратился в пламя. Затем и я открыл свой рюкзак, тоже вытащил деньги, разорвал пакет и бросил их в огонь. Он погас столь же быстро, как и разгорелся, так что спустя пару минут на земле остался только серо-черный пепел с красноватыми искорками.

Ши-чун бормотал, обращаясь к «жильцу», что эти деньги – подношение в знак признательности, чтобы тот послушал нас, дал матери мальчика пожить здесь немного, не создавая ей трудности. А если он против, то пусть позволит забрать ее с собой.

Когда Ши-чун закончил, я поднял голову и увидел Фэй Луна. Хотя он и был духом, но двигался как-то слишком суетливо, а когда заметил, что мы сожгли деньги загробного банка, закричал во всю глотку и залетел обратно в бытовку. Набравшись храбрости, я вынул из кармана черный нож и бросился за ним. Добежав до двери, увидел, как из нее вылетает выброшенный вон Фэй Лун. Он пролетел прямо сквозь меня и упал. Ши-чун подбежал, стал спрашивать, как тот себя чувствует.

— Ян Шу, иди! – произнес Фэй Лун.

Я взглянул на Ши-чуна, недоумевая, чего хочет Фэй Лун: чтобы я побыстрее убежал или чтобы немедля вошел в бытовку?

Вдруг изнутри завопил Паинька, и так пронзительно, что стекла едва не треснули. Медлить больше нельзя было, и я рванулся внутрь. Меня вновь остановил Ши-чун, оттянув назад.

Деревянная палета с грохотом приземлилась прямо на то место, где я только что стоял – вокруг поднялась пыль. Мне не видно было, что вокруг происходит, Фэй Лун куда-то делся, Ши-чун вцепился в меня, и мы из последних сил рванули обратно, добравшись до склона, где начинался подъем. Ши-Чун потянул меня вниз, мы легли и пригнули головы, но так, чтобы фонариками на лбу освещать вход в бытовку.

— Ян Шу, тут творится что-то несусветное. С тем «жильцом» переговоры невозможны, а еще Паинька… Кажется, он что-то недоговаривает, здесь определенно не все так просто.

Я разделял его сомнения, но Паинька явно попал в беду, вдобавок Фэй Лун куда-то исчез – и что нам теперь делать? Ши-чун вздохнул, сетуя, что Бу Синь-тоу не с нами. Но что толку теперь об этом говорить? Не лучше ли войти в бытовку и посмотреть самим, что там происходит?

Ши-чун с удивлением посмотрел на меня:

— Ян Шу, твоя храбрость не знает границ?

— При чем тут храбрость? Там Фэй Лун и Паинька – что нам, по-твоему, делать?

Ши-чун дрожащими руками закурил и сказал:

— Спокойно, Ян Шу. Они же призраки, а мы люди. Они и так уже однажды умерли, а мы еще со смертью не сталкивались. Вот и сейчас лучше уйти, да побыстрее, а потом что-нибудь придумаем.

Я отобрал у него сигарету и хорошенько затянулся.

— Эх, Ши-чун… А если бы внутри оказался ты сам, как мне нужно было бы поступать в этом случае?

Ши-чун ничего не сказал.

— Я знаю, что Фэй Лун и Паинька не люди, но все-таки… Как бы это лучше сказать? Узнав их поближе, я понял, что на Фэй Луна всегда можно рассчитывать, а Паинька настрадался еще при жизни. Да, обстоятельства угрожающие, но чтобы вот так уйти, невзирая на то, что происходит… Нет, я так не могу. А ты, если бы внутри оказался я, отошел бы в сторону?

Задав этот вопрос, я понял, какой я идиот.

Вопрос совершенно бестактный… Получается, он должен признаться, что готов бросить человека в беде? И я поспешил сказать, что в глубине души надеюсь, что он сначала отступит, пойдет за подмогой, чтобы мы все тут не погибли впустую.