Книга Сестринская ложь. Чужие грехи, страница 30 – Альма Смит

— Это все, что нужно. Теперь ты понимаешь, с кем имеешь дело.

Он посмотрел на флешку, потом на меня. В его глазах было что-то новое. Не жалость. Уважение. И тревога.

— Ты теперь в большой опасности. Если они узнают, что это у тебя…

— Они и так знают, что я что-то нашла. Иначе не приезжали бы в дом. Теперь дело за малым — правильно это использовать.

— Что ты будешь делать?

— Сначала дам шанс. Последний шанс. Потом… посмотрим.

Я повернулась и пошла в сторону общежития. В кармане лежала флешка, тяжелая, как пистолет. Завтра начнется финальный акт. И на этот раз я буду ставить условия не я, а правда. Вся, без купюр, жестокая правда.

Утро началось с звонка от неизвестного номера. Я не стала брать. Пусть трезвонят. Я спокойно собралась на работу, позавтракала в столовой, проверила, что флешка и телефон надежно спрятаны. Работала в цеху, как обычно, но внутри все было иначе. Я была как туго натянутая струна. Готовая к удару.

После смены я пошла не в общежитие. Я поехала в центр, в тихое кафе с бесплатным вай-фаем. Заказала чай, села в углу. И начала действовать.

Первым делом я создала новый почтовый ящик. Не анонимный, а с моим настоящим именем. Алия Мусаева. Это было важно. Пусть знают — это я. Не призрак, не Диана. Я.

Затем я написала три письма.

Первое — отцу. Кратко.

Отец. Ты назвал меня лгуньей и сумасшедшей. Я прощаю тебя за это. Потому что тебя обманули. Но теперь у тебя есть выбор. В приложении — файл. Посмотри его. Все три видео. Потом позвони мне, если захочешь узнать правду. Если нет — значит, дочь для тебя умерла окончательно. Навсегда.

Второе — Исламу.

Ислам. Ты думал, что спрятал все концы. Ты ошибся. В твоей игре слишком много лжи, и она начала всплывать. Посмотри, что я нашла. И подумай, что теперь скажешь Руслану Бекову. И своему отцу. И всем, кто тебя уважает. Я даю тебе двадцать четыре часа. Чтобы публично признать правду. Или эти видео увидят все.

Третье — Эльвире.

Сестра. В нашем старом тайнике лежали не только стекляшки. Я все видела. Как вы смеялись надо мной. Как планировали мою погибель. У меня нет слов. Только доказательства. У тебя есть сутки. Сказать отцу все самой. Честно. Или я сделаю это за тебя. И всем будет хуже.

К каждому письму я прикрепила одно и то же видео. Самую страшную запись. Ту, где они в гостиной целуются, а я в двух шагах читаю книгу. Этого было достаточно.

Я взяла телефон. Нашла в памяти номер отца. И отправила письма на все известные мне адреса. Его, Ислама, Эльвиры.

Дело было сделано. Теперь нужно было ждать. Я допила чай, расплатилась и вышла на улицу. Город жил своей жизнью. Никто не знал, что в нем только что начался тихий переворот в одной отдельно взятой семье.

Я пошла в парк, села на скамейку у пруда. Положила телефон перед собой на колени. И замерла.

Первый звонок поступил через сорок минут. Эльвира. Ее номер я узнала сразу. Я сбросила. Она позвонила еще раз. И еще. Потом пришла SMS.

Аля, прости! Это не так! Это все не правда!

Я не ответила.

Потом зазвонил телефон Ислама. Я тоже сбросила. Он написал SMS.

Обсудим. Назови место. Деньги.

На предложение денег ответила одной фразой.

Ваше время пошло. 23 часа 50 минут осталось.

И после этого наступила тишина. Долгая, тягучая. Солнце клонилось к закату. На пруд опустился вечерний туман.