Книга Бывшие. Второй раз не сбежишь!, страница 37 – Дана Дейл

— Предлагаю обмен, я тебе кофе, а ты мне все рассказываешь.

— Что? Что ты хочешь от меня услышать?

Искренне не понимала что он хочет знать.

— Например, где были твои мозги когда ты тачку менту разукрашивала?

Тачка. Господи… Я совсем о ней забыла. Стоит, наверное, где-то там, исполосованная моим баллончиком. Но ведь я не просто так её расписала. Это было не про краску, это было про крик. Про то, как внутри всё кипело. Он стоит напротив и смотрит на меня, как будто реально не понимает, с чего на него свалилось это вселенского масштаба катастрофическое наказание. Ну да. Как будто молнии просто взяли и выбрали его в качестве громоотвода. Невиноватый. Бедный. Пострадавший. А я вспоминаю всё. Ссору с Игорем, ту самую, до крика, до дрожи. Потом, взрыв дома, когда мать снова ткнула в мои слабости, не зная, что и без неё внутри всё трещит.

— А твои? Ты конкретно подставил меня, из-за тебя у меня огромные проблемы с женихом!

— Первая начала, какого хера ты вообще устроила у меня в квартире?

Значит… Нашлась-таки та самая «деталь моего гардероба?». Его невеста наткнулась на мой презентик, и вероятно всего, вкусила всю гамму эстетических эмоций. Почему-то стало до дикости весело. Даже абсурдно. Интересно, как он выкручивался. Стоял, чесал затылок и клялся, что это креативная диверсия? Или пошёл по классике, лепил сладкие сказочки, моргал уверенно и в финале, уложил её в кровать, как будто секс, универсальное средство для амнезии. Мужская стратегия, очаровать, отвлечь, задушить страстью любые вопросы. И тут внутри что-то хрустнуло. Резко, до боли в груди. Картинка, он с ней, касания, дыхание, эти выученные движения, направленные уже не на меня. Меня перекосило. Сердце кольнуло так, что перехватило воздух. Я даже не осознавала, как лицо выдало эту вспышку. А он, конечно, заметил. Резкий лязг, дубинка по решётке. Я подскочила, как будто внутри сорвали тормоза. Паника, стыд, злость, всё вспыхнуло одновременно.

— Не спи, ну, я жду ответа.

— А что такое? Невестушке не понравился мой сюрприз?

— Зря старалась, она его не видела.

— Да, что ты?

Поинтересовалась с прищуром. Что-то слабо в это верилось, я положила кружево на самое видное место. Явно его подружка часто у него оставалась, потому что всяких баночек с кремами и духов, на столике было предостаточно. Ну врет же. Разве он бы стал так подло меня подставлять, если бы сам не отгрёб? Подумаешь, трусы оставила, может я их забыла и ездила по Москве, в раздумьях, «Где же вы, мои родненькие?»

— Твой план Барбаросса по расцарапыванию моего лица провалился. Гитлер мстительный!

— Кофе давай.

Уверена, что он не провалился, a точно занял победную позицию на пьедестале под циферкой намбер ван. Герман передаёт мне кофе, вдыхаю аромат напитка. Ммм... Очень вкусный на удивление, не думала что в этой шарашке пьют такой изысканный. Обычно здесь лишь вонючки из автоматов разбавленные. Подношу стаканчик к губам и делаю вид что пытаюсь отпить каплю. Но тут руки снова идут в пляс. Я уже всерьёз думаю сходить и провериться к неврологу на тремор рук, ну, или кто там их проверяет.

— Ты чё творишь?! Одного покушения сегодня мало?!

Гнев. Ненависть. Лютая, безжалостная злоба. На лбу у него, кажется, неоновыми буквами мигает, «УБИТЬ», и шрифт, Caps Lock, жирный, подчеркивание. А всё из-за кофе. Вернее, из-за моего неукротимого тремора, благодаря которому всё содержимое стакана оказалось на его брюках. И теперь там, прямо на паху, тёмное, обидчивое пятно. Такое красноречивое, что даже молчание в комнате кажется пошлым. Словно бы у человека случился непредсказуемый всплеск… Жизненной энергии. Или, наоборот, её досадное покидание.