Книга Бывшие. Второй раз не сбежишь!, страница 39 – Дана Дейл

Без истерик, без огня. Только холодный, плотный тон, от которого даже его зубастая ухмылка сбавила обороты. Как будто он сам не ожидал, что мне может быть не до войны.

— Не спокойной ночи, Соболевская...

УТРО

Разминая затёкшие за ночь конечности, хрустя ими как старая лестница, я пришла к выводу, всё, хватит с меня. Я достойно отыграла роль жертвы судьбы, теперь пора спасать остатки собственного достоинства. Пока на горизонте не возник мой персональный демон в форме Германа, я рванула в наступление. Активно, решительно, с тем видом, будто собираюсь не просто привести себя в порядок, а выиграть войну за звание «ещё не полностью сломанная.» Всё, план эвакуации запущен. До появления мучителя остались считаные минуты, и я точно не собиралась встречать его в образе раскисшей макаронины. Сжавшись в комок от ледяного холода, словно спала в обнимку с холодильником, я с усилием поднялась со скамейки. Каждое движение отдавалось в позвоночник, как будто внутри меня проживает старушка с артритом и протестами против утренней активности. Подошла к решётке. Вцепилась пальцами в металл и едва раскрывая рот, обратилась к дежурному.

— Эй?! Пссс! Как там тебя, Иван?

— Ты чего бунтуешь?

Появился этот Иванушка передо мной бесшумно, будто не человек, а лично одобренный призраками сигнал бедствия. Просто раз, и уже напротив. Стоит, как будто пришёл на приём к самому себе, спина прямая, лицо непроницаемое, в руке дымится кружка, излучая аромат и превосходство. Глядит на меня сверху вниз, как санитар на безнадёжного пациента. Мой помятый, перекрученный утренний вид он изучает с такой брезгливой тщательностью, будто пытается вычислить, откуда именно исходит эстетическая катастрофа.

— Дай мне позвонить, а?

Складываю руки в молебном жесте.

— Не положено.

Чётко отвешивает и отпивает глоток кофе, прикусывая его каким-то страшно смердящим с привокзальной остановки беляшом.

— Не смотри так на меня, а то есть не комфортно.

— Не переживай, на твой собачий пирожок я не претендую.

Фыркнула. Хотя… Если честно, в данный момент я бы и кусочек крысиного пайка сгрызла, настолько проголодалась. Тут вообще какая-то смена по графику, как на посту, один с кофе мимо ходил, теперь, второй на замену встал. Видимо, караульные у моей камеры идут по чётному и нечётному дню. Голод душераздирающий. Со вчерашнего утра, ни крошки. Даже в тюрьмах, насколько я знаю, обед по расписанию. Но, видимо, я у них тут в особой категории, «голодовка по недосмотру». А Герман? Эта сволота, вчера просто свалил. Не конфетки, не печенки, не бутылочки воды, ни-че-го. Проплыл, как капитан мимо утопающей, и сделал вид, будто я, иллюзия. Призрак на решётках. Да, у меня бывали разгрузочные дни. Но чтобы в рамках потенциального эксперимента по выживанию, это уже слишком.

— Что значит не положено?! Я имею право на один телефонный звонок. Вообще-то перед тобой здесь будущий юрист сидит! Законы ты в своей псарне не читаешь на досуге, а, полицай?

Огрызаюсь.

— Кому звонить то собралась? Я так понял, отец тебе не помощник.

— Жениху. Ну, хочешь я тебе заплачу? Ай, нет, это же взятка должностному лицу.

Только сказала, и тут же спохватилась, начала судорожно подбирать другие варианты. Но мозг в этот момент уверенно ушёл в отпуск. Пусто. Ноль активности. По извилинам моих мыслей неторопливо катился перекати-поле.