Книга Кто написал твою смерть [litres], страница 92 – Алекс Павези

— Иногда. Но, значит, ты не узнаешь?

Яника снова кинула взгляд на записку.

— Она пришла в конверте?

— Она пришла не мне. Я же сказал.

Записка как раз поместилась бы в конверт, который Янике показывала Фиби.

— Так кому она пришла?

Дин покачал головой.

— Понятия не имею. – Он оглянулся в комнате, решив сменить тему. Яника нашла в саду бумажный самолетик, который Дин сложил, сидя у стола в ее комнате. Она принесла его обратно и кинула в корзину. Дин взял его и развернул.

— Это мой?

Яника кивнула.

— Он застрял в розах.

Дин разгладил бумагу и прочел слова, которые написал в шутку этим утром.

— «Пришлите помощь. Меня удерживают в заложниках». – Он с улыбкой покачал головой. – А я все еще здесь, болтаю с тобой, Яника. Похоже, это стокгольмский синдром.

— Там что-то есть с другой стороны, – сказала Яника.

Дин перевернул лист и взглянул на оборот.

— И правда. А я не заметил. «Марсин умрет первым». Марсин наверняка сам это написал.

— Марсин? Откуда ты знаешь?

Дин отдал ей листок.

— Это он оставил здесь печатную машинку. Он хотел писать в тишине, так что пришел сюда. Наверное, нереализованная версия его истории. Написал одно предложение и сдался. Выбросил в корзину. Похоже на Марсина.

— «Марсин умрет первым», – повторила Яника.

Три слова смазанными красными чернилами.

— Но это какая-то бессмыслица, – сказала она.

НАЙДЕННАЯ ЗАПИСКА, ПОРВАННАЯ НА НЕСКОЛЬКО ЧАСТЕЙ (продолжение)

Я не убийца. Я не виноват в том, что произошло в эти выходные.

Игра была моей идеей, это правда. И это я написал историю про то, как Марсин убивает Майю, насадив ее лицом на солнечные часы. Это тоже правда.

Но кровь на руках не у меня.

Нужно винить тех, кто потребовал у меня денег.

Понедельник, воскресенье и другие дни

Май 1999 года

Пространство для хранения

В понедельник с утра Янику разбудил стук. Она открыла дрогнувшие веки и увидела Анатоля, который стоял рядом с ее кроватью и барабанил костяшками по тумбочке. Она протянула руку и схватила его за запястье.

— Прекрати! Что ты делаешь?

Анатоль с извиняющимся видом замялся.

— Не убивайте гонца. Мне просто нужно прикинуть планы на сегодня. Можешь остаться поспать, если хочешь, просто мне не хотелось тебя здесь бросать.

Яника присела у изголовья. Она заснула с открытой библиотечной книгой на груди, и теперь ее ноздри были забиты пылью. Рядом с ней лежала другая книга, впившаяся в ребра. И повсюду валялись ручки. Она была здесь всего одну ночь, но уже успела превратить кровать в рабочий стол. Сквозь охряные занавески пробивался бледный дневной свет.

— Который сейчас час?

— Начало двенадцатого.

— Двенадцатого?! – Яника осела в кровати, оплакивая очередное потерянное утро, обычно самое свое продуктивное время. – Почему ты не разбудил меня раньше?

— Я подумал, ты будешь ругаться. Вчера ты казалась очень уставшей.

— Джетлаг, – сокрушенно вздохнула Яника. – Но я слишком долго проспала. Я уже хотела быть дома к этому времени.

— Все еще рано. Когда ты хочешь, чтобы я отвез тебя на станцию?

— А когда ты везешь Фиби?

— Фиби уже нет. Все остальные уехали.

— Уехали? – Яника соскользнула с кровати, вскочила на ноги и отдернула шторы. На подъездной дорожке не было ни одной машины, кроме кабриолета Анатоля. Только тогда она заметила, насколько в доме тихо. – Не попрощавшись?