Книга Кто написал твою смерть [litres], страница 119 – Алекс Павези

Майя перебила его.

— Тогда почему ты его застрелил?

— Ничего он не сделал, – вклинилась Фиби.

— Я его пристрелил, – продолжил Анатоль, – потому что он собирался все рассказать полиции. Хотел запрятать меня в тюрьму. Понимаю, сейчас это кажется бессмысленным, ведь теперь для меня все равно все кончено. Но для меня это было как предательство. Я даже не шантажировал Дина.

— Анатоль, – сказала Фиби. – Положи пистолет, приведи Дина и прекрати рассказывать эти глупые истории. Наплевать на шантаж. Я просто хочу вернуть Дина.

— Ты все еще мне не веришь, Фиби?

— Нет.

— А что, если я застрелюсь? Тогда поверишь?

Фиби хладнокровно кивнула.

— Может быть. А что? Ты это сделаешь?

— Не надо, – сказала Майя.

— Но Анатоль, – прервала их Яника, – даже если сделать умозрительное допущение, что ты говоришь правду, с этической точки зрения ты можешь ссылаться на эвтаназию только в случае активного согласия второй стороны. Нельзя провести четкую линию между…

Анатоль поднял пистолет и выстрелил себе в голову. Реальность разбилась вдребезги. Его тело завалилось на диван. Из расколотого черепа потекла кровь.

И Майя была права: она была темнее чернил.

Австралия

Сидней был городом агрессивных акул и разбитых сердец; культурных достопримечательностей и залитых солнцем кофеен; трехполосных улиц и похожих на ногти пляжей. Яника с друзьями сидела на террасе своего дома с видом на воду. Садящееся солнце было похоже на яичный желток или апельсин. Майя, которая провела весь день на пляже, теперь валялась в гамаке и вычесывала песок из волос. Яника зачитывала ей куски из своей последней публикации. Фиби за последние несколько дней научилась пользоваться стимером для молока и теперь делала всем латте на кухне, вырисовывая аккуратные сердечки на пене. Был последний день длинных майских праздников.

Только в Австралии их нет.

— Эта история чем-то кончится, Яника? – Фиби лежала у нее на кровати, пока Яника сидела на полу перед своим чемоданом. – Тебе нужно добавить в нее убийство. А то какой смысл? И еще она должна происходить здесь, а не в Австралии.

Фиби сидела на краю кровати, поджав под себя колени и обхватив их руками, с гигантским пластырем на лбу. Они втроем решили собрать вещи, пока ждут приезда полиции, но занимались этим по очереди, чтобы не разделяться. Никто не хотел оставаться в одиночестве. Тело Анатоля все еще лежало на диване внизу, с шиньоном из крови на затылке.

— Я пыталась поднять себе настроение, – сказала Яника. Верхний ящик комода был выдвинут. Она дотянулась до него и вытянула свои вещи. – Деликатность – не моя сильная сторона.

— Ты можешь добавить убийство, – тихо сказала Фиби. – Мы не обидимся. Нет смысла притворяться, что ничего не было.

Майя отрезала липкий локон волос Анатоля и теперь машинально расчесывала его у себя на подбородке.

— У меня не выходит из головы, каким он казался маленьким.

— Не надо, – сказала Фиби. – Не хочу об этом думать. Она покачала головой и надавила на свой пластырь. – Я просто хотела скучную жизнь. Что я скажу Юли?

Яника нащупала в ящике что-то не из ткани. Оно было блестящим, легким и упругим, как картон. Она поднялась на ноги и заглянула внутрь. Ящик был пуст, не считая пяти коробочек со сливочными помадками.

На каждой из них была дурацкая картинка с кенгуру.