Книга Учительница сына. Будешь моей, страница 7 – Анастасия Сова

Наверное, в другой ситуации я бы посмеялась над его словами, но после вчерашнего мне совсем не смешно. Но я не показываю вида:

— Я что, вещь, чтобы меня покупать?

— Если папа захочет — будете вещью! — Захар смотрит мне прямо в глаза с таким видом, будто старается напугать.

Или это я пугаюсь потому что верю ему?

— А ты не думал, что папа просто хочет сделать из тебя человека, поэтому в нашу школу перевел? А здесь совсем другие правила.

— Да зачем вообще нужны эти оценки? — Захар раздражается моими нравоучениями. — Чтобы такие зануды, как вы, могли потом на них дома подрочить?

Вскакиваю со своего места. Это уже слишком!

— Это переходит всяческие границы, Громов! — выпаливаю взволнованно.

Часто и глубоко дышу. Моя грудь вздымается, демонстрируя глубину дыхания.

— А, я понял… — усмехается вдруг парень. — А вы, часом, не запали на меня, Диана Игоревна?!

— Что?! — хмурюсь. — Ты в своем уме, Громов?!

— Ну, а что?! — этот нахал окончательно разваливается на стуле. И у меня появляется ощущение, будто это я у него на приеме, а не наоборот. — Я же вижу, как голодно вы на меня смотрите.

— Значит так! — начинаю было, изо всех сил сдерживая то, творится у меня внутри. Жаль на учеников набрасываться нельзя.

Вот только договорить не успеваю. В класс входит наша директриса.

— А что здесь происходит? — интересуется она, замечая напряжение между мной и Захаром.

— Диана Игоревна у меня деньги вымогает за хорошую оценку, — к сожалению, Громов успевает ответить гораздо раньше меня.

Диана

Блин!

Я прекрасно понимаю, как все выглядит. А так же вижу, что «улики» говорят сами за себя.

Остается только одна надежда — Юлия Аркадьевна, наш директор, прекрасно знает, что представляет из себя Громов, потому не станет ему верить.

— Вы же в курсе, как у меня плохо с математикой, — продолжает этот наглец. — А пересдать самому не получается.

— Захар! — не выдерживаю я. — Может, ты уже прекратишь врать?!

Как же жалко, что я сама все на телефон не снимала! Сейчас легко бы вывела этого лгуна на чистую воду!

— А, может, мне рассказать, что еще вы мне предлагали, Диана Игоревна? — Захар вытягивает в мою сторону шею, и его угроза звучит так реально, будто я и вправду собиралась попросить с него «что-то еще».

— Так, Громов, домой. Диана Игоревна ко мне в кабинет, — директор безапелляционно разрешает ситуацию.

— Юлия Аркадьевна, — начинаю было я, но понимаю, если начну сейчас тупо оправдываться или истерить, Захар все равно выйдет победителем.

Но директор все равно меня прерывает:

— Поговорим в моем кабинете, — настаивает она и сама выходит, перед этим не забыв прихватить с собой нахала Громова.

А тот успевает цинично усмехнуться, прежде, чем покинуть мой кабинет с видом победителя.

Когда остаюсь одна, обессилено падаю на стул. Руки безвольно повисают вдоль тела.

Я просто не понимаю!

Я ведь шла ему навстречу!

Каждый раз давала возможность исправить, переписать. Потому что я не зверь какой-то, да и буду только рада, если у всех ребят будут хорошие отметки. Главное только, чтобы они были заслуженные.

«Только не плакать! Только не плакать!» — проговариваю про себя как мантру.

Громов ведь этого и добивается. Он хочет сломать меня, чтобы сдалась и взяла деньги. Или поставила нужную отметку просто так.