Книга Учительница сына. Будешь моей, страница 5 – Анастасия Сова

А то, что я ему, видимо, понравилась, как женщина, считается положительным моментом? Или наоборот? Громов же теперь фиг от меня отстанет, пока не получит свое? А он же явно из тех людей, что всегда добиваются своего. Это пугает. И заставляет сильно волноваться.

Другая, как та из фитнес-клуба, на моем месте наоборот бы ликовала, что подцепила ТАКОГО.

А я… я за традиционные отношения. Семья, дети и все такое.

Не оставляет покоя мысль, что мой адрес Громов тоже знает. А, значит, может ввалиться ко мне в любую минуту. Сомневаюсь, что он спустит мне с рук этот побег. У отца Захара на лице было написано, что это чертов хозяин жизни, и он совершенно точно берет от нее все.

Блин! И что же мне делать? Что предпринять?

Или, все же, я себя зря нагоняю? Чего Громову задалась ничем не примечательная учительница? НЕ будет же за мной бегать? Делать ему нечего?

Ага. Просто амбалов за мной пришлет, и те приволокут меня и кинут ему в ноги.

Да, блин! Брысь, глупые мысли и фантазии. Я не в дешевом сериале или электронном романчике, что засорили в последнее время сеть.

Может быть, он про меня уже и думать забыл, а я кручу в голове всякое.

Но, самое интересное, ребенка этот человек воспитывает в подобном ключе. И мы всем коллективом были крайне удивлены, когда Захара из какой-то крутой столичной гимназии перевили в нашу среднестатистическую школу.

Мальчишка он неплохой, я уверена, вот только делать ничего не хочет. Любой вопрос пытается решить деньгами.

Мальчишка… Захара с трудом можно так назвать. В свои семнадцать он вполне себе «держите трусики», и я уверена, девчонки в нашей школе сходят по этому богачу с ума.

И он этим пользуется, надо сказать.

И теперь я, определенно, знаю в кого уродился такой красавец-богатырь.

Вспоминаю образ Громова-старшего, и у самой едва трусы не намокают. Да что ж такое?!

Это все просто стресс так действует. Где-то читала, что жертвы насилия вполне себе могут быть влажными, потому что организм пытается защитить себя всеми доступными способами.

Вот и мой защищает. Не считает же Громов на полном серьезе, что я могла его захотеть? У меня вообще другие цели по жизни. И совсем иные интересы.

А то, чему я позволила случиться в раздевалке, — больше не повторится. Была в шоке. Сыграла роль неожиданность. Еще то, что в подобной ситуации не оказывалась никогда. А так же, как у наивной дурочки дыхание перехватило, когда красавец Громов встал вплотную ко мне.

Ну, и дура же я.

Теперь точно буду знать, что должна делать.

До самого вечера я трясусь, вздрагивая от каждого шороха за дверью. Мысли постоянно разгоняются тем, что я прокручиваю в голове каждое прикосновение мужчины и его слова. Будто заново все переживаю.

И только когда понимаю, что никто не собирается меня преследовать, пытаюсь уснуть.

А утром просыпаюсь все с теми же мыслями. Но потом беру себя в руки.

Да с чего я должна его бояться?

Никто не сможет заставить меня чем-либо заниматься, если я сама не захочу! А подобные притязания на чужое тело и вовсе наказуемы по закону.

Надо просто показать этому напыщенному индюку, что он не на ту напал. И я намереваюсь это сделать, если встречусь с ним вновь.

Да. Так и сделаю. Пусть только попробует снова говорить со мной в таком тоне и делать свои грязные намеки.