Книга Запах маракуйи. Ты меня не найдешь, страница 19 – Татьяна Никольская

За дверью служебной зоны меня начинает трясти. Так трясти, что я прислоняюсь к холодной кафельной стене, чтобы не рухнуть. Колени подкашиваются. Дыхание срывается. Со мной такого никогда не было. Даже тогда, утром первого января.

— Катя, ты в порядке? Ты белая как смерть. — Ко мне подбегает Даша, официантка со смены.

— Всё… всё нормально, — я сглатываю ком в горле. — Гость… неадекватный немного. Схватил за руку.

Даша сочувственно хмыкает. «Богатые тоже чудаки». Она ведёт меня на кухню, суёт в руки стакан воды. Я пью, и руки трясутся так, что вода расплёскивается. Шеф-повар бросает на меня неодобрительный взгляд — слёзы и истерики на его кухне не терпят.

Через пятнадцать минут меня вызывает Антон Сергеевич. Его кабинет пахнет кожей и строгостью. Он не предлагает сесть.

— Сокольская. Объясните, что произошло у столика господина Рудина.

Я пытаюсь повторить ту же версию — неадекватный гость, хватался. Антон Сергеевич смотрит на меня так, будто видит насквозь.

— Господин Рудин — не «неадекватный гость». Он — один из столпов нашего заведения. Его компания арендует у нас банкетный зал раз в месяц. Его счёт за год мог бы оплатить твою учёбу десять раз. — Он делает паузу, давая цифрам врезаться мне в сознание. — Если между вами есть личные недопонимания, решайте их где угодно, но не здесь. Никаких сцен. Никаких отказов обслуживать его столик. Ты обслуживаешь его, как самого дорогого и желанного гостя, даже если тебя от него тошнит. Поняла? Иначе я вынужден буду с тобой расстаться. Нам не нужны проблемы с такими клиентами.

Угроза висит в воздухе, тяжёлая и реальная. Потерять это место сейчас… это не просто потеря работы. Это поражение. Это признание, что он меня выбил из колеи. И ещё — это крах всех моих планов, моей копеечной финансовой стабильности.

— Поняла, — выдавливаю я. — Извините. Больше не повторится.

— Надеюсь, — коротко кивает он. — Возвращайся в зал. И возьми себя в руки.

Весь остаток смены я работаю как зомби. Улыбаюсь, разношу заказы, но внутри — пустота и звон. Он нашёл меня. Он не просто нашёл — он пришёл, чтобы показать, что может. Что я не спряталась. Что я по-прежнему в зоне досягаемости.

Дом. Лиза встречает меня на пороге с пиццей и новым сериалом.

— Ну что, как день в замке у короля? — щебечет она.

Я не могу больше. Стена, которую я весь день выстраивала, даёт трещину, а потом рушится полностью. Я падаю на диван, зарываюсь лицом в подушку, и меня начинает трясти уже не от страха, а от бессильной, бешеной ярости, смешанной с ужасом. Я не плачу. Я задыхаюсь между приступами какой-то истерики, которая не находит выхода в слезах.

— Кать! Катя, что с тобой?! — Лиза в панике садится рядом, пытается обнять.

— Он… пришёл, — хриплю я в подушку. — В ресторан. Узнал. Схватил меня. Прямо при всех.

Лизу, на секунду, осеняет.

— Ооооо! Новогодний красавчик?! Серьёзно? Ну, я же говорила! Он тебя ищет! Это же так романтично, Кать! Настоящая судьба!

Я отрываюсь от подушки и смотрю на неё. Должно быть, в моих глазах читается такое отчаяние и такая ненависть ко всему миру, что её улыбка медленно сползает.

— Романтично? — мой голос звучит хрипло и непривычно грубо. — Он пришёл не за мной, Лиза. Он пришёл, чтобы показать, что я в клетке. Что где бы я ни работала, он может прийти и устроить мне сцену. Меня чуть не уволили сегодня из-за него! Из-за его «романтики»!