Книга Иероглиф судьбы или нежная попа комсомолки. Часть 2, страница 34 – Алексей Хренов

28 апреля 1938 года. Аэродром около Ханькоу, главная база советских «добровольцев».

На аэродроме Ханькоу, в тёплой, прокуренной комнате штаба советских «добровольцев», собралась компания командиров. Жигарев, Полынин, Рычагов, комиссар Рытов и примазавшийся к ним Хренов. Он совершенно не напрашивался в начальственную тусовку, но был приглашенной звездой. Лёха устроился на подоконнике, поглядывая на сигарету, которую никак не мог прикурить — ветер дул из раскрытого окна.

— Ну и как тебе наш ДБ-3? — спросил Жигарев.

— Хороший бомбер, дальний. Но… — Лёха пожал плечами, — до ума бы довести. Собственно, как и все наши машины.

— Ты нам тут неверие в советскую мощь не распространяй, — чётко отследил направление разговора Рытов.

— Да, чем тебя не устраивает-то? — удивился Полынин, подаваясь вперёд.

— Да не в том дело, что не устраивает, — ответил Лёха, — ДБ — это не тактический самолёт. Он не про «раз-два — удар и домой свалили по быстрому». Он дальний. Спокойный. Инертный, можно сказать деже медленный. Ночью им надо работать, с приличным планированием. По тылам, по складам, по аэродромам. И только в группе. Желательно в большой или очень большой группе. Чтобы толк был. А не как наш рейд на Токио по поставке японцам бумаги для туалетов…

— Идеи-то у тебя… — фыркнул Рычагов. — Хотя… кстати ту Чжан днем просил проверить, японцы какую то химию тащат, опять видимо травить будут, но это надо отдельно обсудить.

— Мы вот на Тайвань слетали. Двадцать семь машин, днем и без прикрытия. Цель накрыли — вроде бы хорошо япошкам вломили и урон получился чувствительный: ка кони в газетах надрывались. Но, — Лёха покачал головой, — это пока они нас не ждали. Проспали, не готовы были совсем. А если бы встретили нас японские истребители над целью? Днём, и с превышением по высоте? Сколько бы назад вернулось?

— Не догоняют нас японцы, слабы. — возразил Жигарев.

— Да не скажите. Во-первых, почти догоняют. Их новые вполне сравнимы. Во-вторых, это пока не догоняют, потому что с лаптями выпущенными летают. Сделать убирающиеся шасси — только вопрос времени. А «мессеры», они и так побыстрее СБшки. А ДБ так вообще спокойно догонят. Истребитель он и есть истребитель. Быстрее, легче, маневреннее.

— И что же, позволить вражинам безнаказанно хозяйничать? — вступил комиссар Рытов, слегка прищурив глаза.

— Ну что вы, товарищ комиссар! Чтобы я такой оппортунизм ляпнул! Нужны массовые удары. Самолётов тридцать минимум. А лучше — сто. И ночью.

— Мечты это… — буркнул кто-то из угла.

— Не мечты, а работа, — упрямо сказал Лёха. — Учиться надо летать ночью. Ориентироваться. Связь нормальную, наконец-то, и в группе, и с аэродромом наладить. Вон у нас три борта морских — и только с самопальной связью.

— Два, — хмуро поправил Рычагов. — Твой третий борт под Шанхаем сбили. Экипаж прыгнул. Китайцы вроде подобрали, но пока связи нет.

Комната притихла. Рытов кашлянул, встал, подошёл к чайнику.

— И защита нужна, — продолжил Лёха, вздохнув. — Мы слепые сейчас. Что СБ, что ДБ. Снизу сзади — вообще чёрная дырка. Подходи и сбивай на выбор. Куда там стрелок палит — неизвестно. Нужно делать турель типа шара, чтобы крутился на 360, со стрелком внутри. ШКАСы надо менять на крупняк, миллиметров 12.7 минимум. И либо дублированное управление ставить, либо автопилот придумывать, — Лёха уже рассказывал, как они Караулова тянули, — часов семь минимум нормальный дальний вылет получается. На руках самолет — очень сложно тащить.