Книга Хеллоу, Альбион!, страница 41 – Алексей Хренов

Перед его столом стоял известный нам Кокс. Стоял он не то чтобы по стойке смирно, но где-то очень близко к этому. С той осторожной прямотой, с какой обычно стоят люди, подозревающие, что сейчас им объяснят, почему они — серьёзная проблема для Империи.

А объясняльщиками трудились сразу несколько присутствующих тут же человек.

Первым выступал инструктор флайт-лейтенант Гордон Козелл.

Он шипел. Именно шипел — так иногда шипит пар, вылетая из кипящего чайника.

— Нам нечему учить данного индивидуума! — произнёс он с той ледяной чёткостью, которой британцы обычно объявляют войны. — Его лётная подготовка достаточна и не нуждается в улучшении.

Он сделал паузу.

— Но!

Это «но» прозвучало так, будто в комнате появился дополнительный военный трибунал.

— Он совершенно не понимает и не признаёт тактику действий авиации Королевских ВВС! Он игнорирует наставления, не соблюдает построения, нарушает дистанции, самовольно меняет порядок атаки и вообще… — тут Козелл чуть задохнулся, — вообще ведёт себя возмутительно!

Групп-капитан Даун кивнул и промолчал.

Инструктор продолжал, уже почти трагически.

— Он утверждает, что наш «вик», клин — неудобная геометрическая фигура! Он постоянно предлагает перестраивать звено в пары! Вчера он объяснял курсантам тактику воздушного боя… — выдохнул Гордон Козелл с возмущением.

Кокс слегка кашлянул, ему очень хотелось начать свою речь с «Товарищ Даун!…»

Но тут вступил второй обвинитель.

Заместитель по общевойсковой подготовке, тот самый подполковник — высокий, сухой человек со сложным лицом.

— И это ещё не всё! — прошипел он.

— Его дисквалифицировали в боксе! Он опозорил ВВС! Он ударил капрала Джонсона ногой ниже пояса! Тому, конечно, присудили победу, но… Патрули гренадёров! Они совсем озверели и теперь ведут себя отвратительно при встрече с лётчиками!

В кабинете повисла тяжёлая пауза — такая, в которой обычно слышно, как люди мысленно формулируют новые обвинения. Затем все заговорили одновременно.

— И наконец, — мрачно продолжил он, не без труда перекрывая какофонию возмущённых голосов, — эта проверка на выживание.

Групп-кэптен Даун чуть приподнял бровь.

Заместитель начальника школы уже почти задыхался от праведного негодования.

— Этот человек… развлекался целый день в Солсбери! — выпалил он. — Это была учебная ситуация! Их высадили в дикой местности! Они должны были выживать!

Он резко ткнул пальцем в Кокса.

— А вместо этого он… он… поймал грузовик!

Кокс осторожно кашлянул.

— Так я и выжил, сэр, — честно объяснил он. — Меня подвезли до ближайшего паба.

В кабинете стало тихо.

Групп-кэптен Даун некоторое время внимательно смотрел на стоящего перед ним австралийца, словно пытался решить, смеяться ему или всё-таки расстрелять виновного на месте — чисто из соображений дисциплины.

Наконец он медленно произнёс:

— Господа, благодарю вас за столь полезный и обстоятельный разговор. Решение будет принято незамедлительно.

Он перевёл взгляд на Кокса.

— Кокс. Останьтесь.

Середина июня 1940 года. Центральная школа лётного состава. Аэродром Апавон. Уилтшир.

Групп-кэптен Даун поднялся из-за стола, прошёлся по кабинету и сделал совершенно не то, чего ожидал Лёха.

Лёха, честно говоря, приготовился к худшему. По опыту жизни подобные прогулки начальства по кабинету обычно заканчивались либо дисциплинарным взысканием, либо чем-нибудь ещё более воспитательным.