Книга Нареченная ведьма, страница 48 – Людмила Семенова

— В заключение я хочу сообщить вам, что общество портовых хранителей берет ферра Йонаса под свою защиту, обязуется испытывать и обучать его, а также следить за тем, чтобы его действия не нарушали порядок в Юмалатар-Саари. Ввиду отсутствия близких людей, долгов и имущества в Маа-Лумен ферр Йонас не возражает против этого. В свою очередь мы просим главу Верховного колдовского совета одобрить решение и назначить временное содержание ученика в соответствии с общепринятыми правилами.

Ферр Хьярвард величественно поднялся со своего кресла, взошел на трибуну и пожал руки Покровителю порта, а затем и парню. Агнета взялась за письменный прибор, быстро составила документ, и глава совета подписал его. Затем Агнета поднесла всем участникам шкатулку, в которой оказалось несколько лезвий и пузырек, заткнутый толстой пробкой. Весь зал, затаив дыхание, наблюдал, как трое мужчин прокололи себе пальцы и обронили по капле крови в пузырек, который Агнета затем тщательно встряхнула. Вынув пробку, которая оказалась гербовой печатью, она приложила ее к документу и показала его собравшимся, под новые бурные рукоплескания.

— А бывали случаи, чтобы твой дед кому-то отказал в подобной просьбе? — шепотом спросила Илва у Видисс.

— В подобной — вряд ли, они с бабкой всегда предпочитали держать новых колдунов на длинном поводке. Беспризорники для них куда опаснее. А по другим вопросам иногда отказывал, когда был моложе. Но теперь, если уж дело доходит до торжественной части, оно скорее всего одобрено более шустрыми членами совета, и деду остается только подписать. То, что ты сейчас видела, — просто красивый спектакль, Илва: настоящие решения принимаются в умных головах, а не кровью на бумажке!

Пока Илва переваривала это заявление, Видисс успела отойти к столикам, сервированным бутылками с вином, фруктами, закусками и десертами. Впрочем, мысли Илвы до сих пор были заняты пришельцем из Маа-Лумен, который сейчас отбивался от толпы любопытных. Все жаждали выведать, как ферр Йонас попал на гиблый остров и умудрился выжить, и только Илве хотелось знать, что он за человек, где стояла изба его родителей, есть ли у него братья и сестры, ездил ли он на те же ярмарки и гуляния, что и она.

«Земляк!» — от этого слова стучало в висках и овевало сердце волной тепла. Будто покинутый берег стал ближе и Илва слышала задорную праздничную музыку, шаманские напевы, утренний крик петуха, ленивое тявканье старой дворовой собаки. Разом вспомнились запахи свежескошенного сена, угольных ям, парного молока, рыбацких сетей, светлые летние ночи и небо, усыпанное яркими звездами в суровую зиму. Все это юноша принес с собой в ухоженный ад, где за пышными речами скрывалось жуткое прошлое и грязные секреты в настоящем.

Кроме того… вдруг он мог что-то знать об Эйнаре?

И Илва не смогла удержаться — воспользовавшись отлучкой Видисс и других покровителей, она пошла в сторону ферра Йонаса и улучила момент, пока его оставили в покое. Парень чуть ослабил тесный воротник рубашки, заметил приблизившуюся девушку и поморщился.

— Как тебя величать, красавица? — спросил он устало.

— Илва, — ответила девушка и робко улыбнулась. На мгновение ей показалось, что по лицу ферра Йонаса пробежала тень подозрения, но она списала это на мандраж.