Книга Нареченная ведьма, страница 30 – Людмила Семенова

Майре не сводила с арены глаз, чувствуя, как собственное тело наливается возбуждением. Она сжала руку Кэя и поняла, что сегодня не вернется домой, пока они не уединятся в этом же храме или в любом закоулке песчаного лабиринта, застывшей бури, приютившей таких разных и диких существ. И другие жрецы-наблюдатели, вероятно, думали о том же самом, о вечной силе притяжения, которая может спасти в эпицентре самого жуткого бедствия. Казалось, сам песок дышал вместе со сплетающимися, вибрировал, норовил выплеснуться за края арены и навечно укрыть Хие-Лааттиа от глаз непосвященных. «Так и будет, — еле слышно шептала Майре, вовлекаясь в объятия Кэя и уже не сознавая, где находится. — Так и будет…»

Наутро после знакомства с семьей и клятвы Илву действительно пригласили к завтраку за общим столом. Тот был сервирован красиво, но без лишней давящей роскоши, и девушке это сразу понравилось. Прислуживали те же женщины, которых Илва видела вчера, — теперь они молча разливали кофе по тонким фарфоровым чашкам, подавали кашу и горячие булочки. На девушку они почти не смотрели, по-видимому решив, что их миссия в отношении гостьи завершена.

Зато хозяева вроде немного расслабились и перекинулись с Илвой несколькими словами. В частности ферр Хьярвард, будто вспомнив о статусе главы семейства, неожиданно спросил:

— А что ты умеешь делать, Илва? Не рассчитывай, что всецело станешь жить на нашем иждивении. Обучение магии — важное занятие, но хлеб и масло никто из колдунов не материализует из воздуха!

— Что вы, ферр Хьярвард! Я умею делать все то же, что и любая деревенская девушка! Но особенно люблю заниматься цветами, — призналась Илва. — У хозяйки хутора, где мы жили с Эйнаром, был очень красивый сад, и я всегда ей помогала.

— Что же, это хорошо, — задумчиво протянул мужчина. — У нас есть оранжерея с редкими цветами, которым вредит открытый воздух и яркий свет. В остальном они нуждаются в таком же уходе, как другие. А поскольку у ферры Изунэрр сейчас много важных дел, пусть это будет твоей вотчиной. После завтрака Видисс покажет тебе цветы и все объяснит, у нее в этом занятии большой опыт.

— О да, в детстве я постоянно вертелась у бабушки под рукой в этой оранжерее! — оживилась Видисс. — Но теперь…

Тут ферра Агнета посмотрела на дочь, и та запнулась. Ферра Изунэрр невозмутимо отложила салфетку и произнесла:

— Ферр Хьярвард прав, Илва: тебе нельзя болтаться без дела. Пока запомни одно: с цветами в нашем доме стоит общаться так же, как с людьми, — не беспокоить без нужды и не задаваться лишними вопросами.

— Да, ферра Изунэрр, — сказала Илва, уже привычно склоняя голову. Про себя она решила окольным путем разузнать про увлечение хозяйки: будничные дела порой могли поведать о человеке куда больше, чем какие-то сакральные знания и навыки.

Снисходительный тон ферра Хьярварда не смутил Илву: она уже знала от Эйнара о цветах, боящихся солнца, хотя в Маа-Лумен они в основном были дикорастущими и собирали их только знахари и целители. Согласно легенде они росли из кровавых слез ночниц, на пограничных почвах между мирами, и вместо солнечных лучей поглощали лунный свет и энергию заблудившихся путников. Поэтому в народе их прозвали «лунными сорняками». Днем же растения отдыхали в тени старых деревьев, защищенные их незримыми духами. По словам Эйнара, в каждом из них были и целебные, и смертоносные вещества, и рассчитать нужную дозу и температуру обработки мог лишь опытный знахарь.