Книга Девушка для услуг, страница 110 – Сидони Боннек

Саймон спит на спине с открытым ртом, сжав кулачки. Я беру его на руки, укутываю в кашемировый плед. И спускаюсь с этой лестницы в последний раз в своей жизни, зная, что не забуду ни одну из этих ступенек, что навсегда запомню их количество, их форму, их музыку. Захлопываю за собой дверь. В последний раз. Чудовища схвачены, но страх все еще жив, и память о нем сильна, как и он сам. Виржини видит Саймона и бежит к нам; я прощаю ей эту любовь, которой сама еще не испытала, но полагаю прекрасной. Передаю ей ребенка. Она прижимает к себе его сонное тельце. На «Хидден-Гроув» впервые снизошла невинность.

Мой папа. Не могу поверить, что вот он стоит передо мной, горбится – это его привычная поза, ведь всю свою жизнь он выращивал устриц в садках. Он до сих пор не произнес ни слова. Только молча разглядывал высокие дома, большие автомобили, стройные деревья и кровь Моники на асфальте. Он ошеломлен. Чувствует ли он, как мне перед ним стыдно?

«Не забывай». За моей спиной раздается голос, который я люблю. Оборачиваюсь – это Моргана. Она говорит мне: «К какому бы решению ты ни пришла, ты больше не будешь одна». Мы никогда не были так близки с тех пор, как она умерла. Я хочу прикоснуться к ней, обнять, поблагодарить, рассказать о своей боли, о том, как пугают меня предстоящие недели. Смогу ли я сделать аборт? Или я должна оставить ребенка? Моего ребенка? Я почти не смею так думать. Моргана исчезает, уходит, унося с собой целые куски моей жизни, моего детства, и я должна принять эту новую боль. Сулящую мне освобождение.

— Эммилу, дочка!

Отец никогда не называл меня так.

— Дочка…

Нет больше застенчивости, зато есть любовь.

Плуэрнек, среда, 14 августа 2019 года

Как же я проклинала это место! Как мне хотелось отсюда сбежать! Плуэрнек, затерянная приморская бретонская деревня, вдали от больших городов и великих предназначений, с домишками, прилепившимися друг к другу, и простыми людьми, которые держатся вместе… хорошими людьми, среди которых и моя семья. Вот он, настоящий высший свет. Никогда бы не подумала, что захочу сюда вернуться, что мне понравится смотреть, как дети бегают по мелководью, ныряют в прохладные волны, играют в волейбол и даже в дождь устраивают пикники. В сорок один год ты уже знаешь, на что способна жизнь, знаешь, что счастье – это радость, рассыпанная сотней камушков, которые подбираешь при каждой возможности. Не все эти камушки драгоценны, но попадаются и такие, и нужно уметь их распознать. Только не надо бояться перебирать и выбирать.

Через несколько дней я возвращаюсь к работе. Я веду страницу в социальной сети одной крупной французской ежедневной газеты. Обожаю свою профессию! Обожаю брать интервью у обычных людей, с которыми произошли необычные истории. Я с первой же попытки прошла по конкурсу на факультет журналистики, получив высшие баллы за все… кроме английского. И перебралась в Париж, потому что это единственное место, где я чувствую себя в безопасности. Мне нравится ощущение затерянности среди улиц, я хочу смешаться с толпой и не встречать знакомых лиц. Хочу быть свободной.

— Мама, иди искупайся, в воде так хорошо!

Саймон – красивый парень. Ему двадцать пять лет, он выглядит как местный – крепкий, спортивный. Виржини растила его в Плуэрнеке одна, хотя и ощущала постоянно присутствие в их маленькой семье кое-кого третьего. Потому что Саймон очень похож на своего отца. На отца, встречи с которым он упорно избегает и которого никогда не видел.