Книга Измена: Заполярный Тиран, страница 11 – Магисса

Он улыбнулся. Холодно. Жестко. Это была не улыбка — оскал хищника, загоняющего жертву.

Капкан захлопнулся. Связь. Деньги. Передвижения. Теперь он контролировал все. И он знал, что я знаю. Или догадываюсь. Игра перешла на новый, смертельно опасный уровень. Я смотрела на него, и ледяные узы страха и ненависти сжимались вокруг моего сердца все сильнее.

Снег уже не просто шел — он летел почти горизонтально, подгоняемый порывистым, воющим ветром. Полярная ночь сгустилась до непроглядной черноты, и лишь узкий луч моего налобного фонаря выхватывал из этой круговерти белые вихри и темные силуэты низкорослого кустарника, цепляющегося за мерзлую землю. Я шла на лыжах, тяжело дыша, чувствуя, как морозный воздух обжигает легкие. Официально, для Родиона и следовавшего за мной на снегоходе охранника, это была очередная «фото-прогулка» в поисках эффектных кадров разбушевавшейся стихии. Но метель, как и предсказывал Тихон, была моим прикрытием.

Под предлогом поиска лучшего ракурса я немного отклонилась от оговоренного маршрута, направляясь к узкому, скалистому ущелью, которое давно приметила на карте как возможный путь отхода. Ветер здесь был чуть слабее, но снег лежал глубже, идти становилось труднее. Охранник на снегоходе отстал, его фара едва пробивалась сквозь снежную завесу позади меня. Я остановилась, чтобы свериться с компасом и картой, делая вид, что настраиваю фотоаппарат. Местность была дикой, незнакомой, и ошибка здесь могла стоить жизни.

Внезапно сквозь вой ветра донесся другой звук — нарастающий рев мотора, совсем рядом. Сердце ухнуло. Это был не мой «хвост». Из-за скального выступа, взметая тучи снега, вылетел еще один снегоход. Мощный, черный, явно не из парка спасательной службы. За рулем сидел мужчина в темной форменной одежде «СевМинералс», один из людей из личной охраны Родиона, которых я иногда видела у него в офисе. Его лицо было скрыто маской, но глаза, цепкие и холодные, впились в меня. Он не спешился, не заговорил. Просто остановился на мгновение, его взгляд прошелся по моим следам, ведущим в сторону от основной тропы, затем снова на меня. Секундная, но напряженная пауза. Потом он так же резко развернулся и исчез в метели, как и появился.

Меня прошиб холодный пот, не имеющий ничего общего с морозом. Это была проверка. Намеренная. Родион не просто приставил ко мне официального сопровождающего. Он установил за мной тайную, невидимую слежку. Он знал или подозревал о моих планах гораздо больше, чем показывал. Ощущение ловушки, из которой невозможно выбраться, стало почти физически ощутимым.

Вернувшись домой, продрогшая и взвинченная, я первым делом заперлась в своей фотолаборатории. Нужно было проявить пленку. Руки дрожали, пока я возилась с реактивами при тусклом красном свете. Настроение было паршивым, я понимала, что сегодняшняя вылазка не приблизила меня к цели, а лишь подтвердила, насколько туго затягивается петля.

Я развешивала мокрые негативы на просушку, почти не глядя. И тут мой взгляд зацепился за несколько кадров, которые казались странными, смазанными. Я вспомнила — в ущелье я поскользнулась на обледеневшем камне, чуть не упала, и камера, висевшая на шее, несколько раз щелкнула сама по себе. Обычно я стирала такие случайные снимки, но сегодня было не до того.