Книга Нелюбимая. Второй не стану, страница 3 – Ванесса Рай

Подходит ближе, пытается обнять. Уворачиваюсь. Я видеть её не могу, не могу слышать, я хочу, чтобы её никогда не существовало.

— Соня, да что с тобой?! Смотришь как на чужую, — в голосе упрёк. — Ну, скажи хоть что-нибудь! Ты сбежала со свадьбы! Со своей же свадьбы! Женя в шоке. Что случилось? — допытывается она. — Ты что-то увидела или услышала и сделала неправильные выводы? — по её лицу пробежала тень. Видимо, подозревает, что я могла видеть их мерзкое соитие в коморке ЗАГСа.

В очередной раз замечаю, как хорошо она выглядит. На вид матери можно дать не больше тридцати. Ни единой морщинки, идеальная фигура, прическа волосинка к волосинке, тщательно подобранная одежда.

Но всё равно — эта женщина старше меня вдвое, а Женя выбрал её!

— Я плохо себя чувствую и никого не хочу видеть, — еле сдерживаюсь, чтобы не вылить на неё всю правду.

Медленно поворачиваю голову. Мать стоит над моей кроватью. Ухоженная, красивая, в своём элегантном костюме, который она надела, чтобы отдать меня замуж. За своего любовника.

— Дочка, я просто хочу знать, что случилось… Ты же опозорила нас, понимаешь? — продолжает она, понизив голос до гневного шёпота. — Все гости, родственники… А у отца больное сердце. Ты хоть о нем подумала?

О нём я как раз подумала. Я думала об отце каждую секунду, иначе бы давно все вокруг знали гадкий секретик моей матери. Беда в том, что правда убьёт его.

— Мама… — мой голос звучит отстранённо. — Оставь меня в покое.

— Как это — оставь в покое? Я твоя мать! Я имею право знать! Ты чуть не умерла! Из-за чего? Из-за какой-то прихоти?

Она наклонилась ко мне, и от её духов, тех самых, дорогих, что я подарила ей на день рождения, мне становится тошно. Этими духами пахло возле той коморки…. Меня начинает трясти от бессильной злобы.

— Кое-что произошло, — шепчу я, впиваясь взглядом в её глаза. Пытаюсь найти в них хоть намёк на раскаяние. — Я кое-что узнала. Перед самой регистрацией.

Она замерла. На долю секунды в её глазах мелькнула паника. Мелькнула быстро, как молния, и тут же погасла.

— Что? Что такого ты могла узнать? — спрашивает дрогнувшим голосом.

Она ждала. Ждала, что я выложу ей всё. Назову имя и озвучу её позор. Что будет после этого? Она начнет всё отрицать, будет кричать, рыдать, строить из себя жертву обстоятельств…. И тогда она сможет отрицать, кричать, рыдать, делать из себя жертву.

Боль сжимает моё горло тугой петлёй. Во рту был вкус крови — когда меня сбила машина, я прикусила губу.

— Это не твоё дело, — выдохнула я, отворачиваясь к стене. По щекам катятся слёзы… — Уйди, мама. Пожалуйста, просто уйди.

Она, молча, стоит рядом. Чувствую на себе её тяжёлый, недоуменный взгляд.

— Как знаешь, — холодно роняет она.

Она наклоняется ко мне, и ее шепот становится сладким и почти ядовитым. — Вообще, мне кажется, ты ничего такого не видела. Просто придумываешь… У тебя была паника, истерика… У невест такое бывает.

Она смотрит на меня, и в ее глазах нет ничего, кроме искреннего, неподдельного любопытства и досады за испорченный праздник. Ни капли вины. Ни тени страха, что я могу знать. Она хорошая, обеспокоенная мать, а я проблемная дочь, которая устраивает сцены и всё портит.

Внутри всё кричит. Перед глазами обрывками всплывают картинки, факты, которым я раньше не придавала значения. На моем дне рождения мать несколько танцев танцевала с будущим зятем, а до этого нежно ворковала с ним на кухне… А я, как наивная дура, только умилялась их теплым отношениям.