Книга Нелюбимая. Второй не стану, страница 7 – Ванесса Рай

— Ты должен это знать и еще, мне нужна твоя поддержка. Ты единственный человек, которого я люблю. — Обними меня… пожалуйста.

Я до последнего ждала, что он накричит на неё, скажет, что она сумасшедшая, и он не позволит ей убить своего мужа. Но он этого не сделал. Просто позволил этой гадине и дальше творить дичь.

Я стою за дверью чертовой спальни и, сжавшись в комок, не могу сделать вдох. Надо помешать ей, помочь отцу, наконец, сказать ему правду.

— Женя, тебе надо с ней помириться.

— Но зачем? Между нами все кончено, — возмущается он после небольшой паузы. — Соня передумала выходить замуж — ты же слышала, что она сказала в больнице. Все это слышали. Зачем снова это вранье… Я устал от этого, ты же знаешь.

— Милый, влюбленные женихи так себя не ведут. Любимая сбежала со свадьбы, передумала выходить замуж, а ты даже бровью не повел. Да твоя мать больше усилий прилагает, чтобы вернуть Соню обратно, — возбужденно меряет шагами спальню.

— Не понимаю, к чему ты клонишь…

— Женя, соберись ты, наконец, — повышает голос на октаву. — Если ты не помиришься с Соней, Степанов снова начнет нас подозревать. Или ты забыл, почему тебе вообще пришлось этот спектакль со свадьбой разыгрывать?

— Ну, извини, я тогда не подумал…

— Не подумал… Я же говорила, что сегодня встречаться нельзя — муж в городе. А ты меня еще и в кафе в центре города потащил, — возмущается змея. — Вот и пришлось ляпнуть первое, что пришло в голову.

— Ага… Я помню… "Дорогой, познакомься, это парень нашей дочери. Скоро у неё день рождения, и Женя хочет сделать ей сюрприз", — слышится мерзкое хихиканье.

— Бред, конечно… Но ты же видел его взгляд — мой муж увидел в тебе угрозу. А когда услышал, что ты парень его обожаемой дочки, сразу расслабился. И сейчас, мой милый, он может снова напрячься. А нам это не нужно…

— Надя, я не смогу. Я не хочу ее видеть, прикасаться и все остальное, — несколькими словами этот мерзавец просто убивает мою самооценку.

Его любовница красивая и ухоженная, но она старше меня вдвое. И ему противно ко мне прикасаться? Мне становится противно от того, что я просто стою здесь. За дверью. И ничего не делаю. Хотя нет, я собираю компромат. Уверена, отцу будет интересно узнать, с какой змеей он живет.

Я стою, почти прижавшись лбом к двери, и слушаю. Каждое слово, каждый смешок впиваются в мой мозг, впиваются в мою кожу раскалёнными иглами.

Сжимаю в руке телефон. Запись продолжает идти… В ушах звенит, и я дышу через раз… Забываю это делать.

«Надо уходить» — стучит в мозгу. И я, повинуясь голосу интуиции, еле слышно двигаюсь в сторону входной двери. Бежать…

Надо бежать как можно дальше от этого дома, от этих мерзких людишек, от предательства и лжи. От волнения пол под ногами кажется зыбким и ненадежным. Половицы скрипят, и каждый звук отзывается в моей голове ужасным гулом.

Я крадусь по квартире бывшего жениха, словно воровка. Стараюсь ступать на носок и переносить вес тела как можно медленнее.

Входная дверь… До неё всего несколько шагов. Старая, массивная, скрипучая… Тянусь к ручке, мысленно умоляя её не издавать ни звука. И в этот момент со стороны спальни доносится шум. Приглушенный смех и шарканье босых ног по паркету.

Время останавливается. Становится острым и колючим. Внутренний голос отчаянно вопит: «Беги! Если они поймают тебя, то убьют». Резко дёргаю ручку, и дверь с глухим стуком подаётся вперёд. Выскакиваю на лестничную площадку и, не оглядываясь назад, бегу вниз. Бегу на улицу. «Они услышали… Должны были услышать», — успокаиваю я себя. Так легче пережить этот кошмар.