Книга Жестокие сердца, страница 200 – Ева Эшвуд

Его тело содрогается. Джона делает еще один прерывистый вдох.

Затем еще один.

А после замирает.

39

Уиллоу

Я стою над телом Джоны, и мое сердце разрывается от жалости к нему.

Я рада, что он увидел отмщение за смерть его брата, прежде чем умереть, но я не хотела, чтобы все закончилось так. Без его помощи мы были бы в полной заднице и, вероятно, уже погибли бы под парой тонн бетона в той яме.

— Спасибо, – шепчу я, хотя знаю, что он меня больше не слышит.

На глаза наворачиваются слезы. Рэнсом подходит и обнимает меня. Он целует меня в макушку, прижимая к себе, и я позволяю себе утонуть в его объятиях.

— Он был хорошим человеком, – бормочет Рэнсом. – И в итоге смог отомстить.

Мэлис кивает.

— Некоторые даже такого шанса не получают.

Я знаю, они правы, но все равно больно думать, что он никогда не вернется домой к своей дочери. Черт. Бедная Куинн.

— Пора идти, – наконец говорит Вик, нарушая повисшую над нами тишину. – Здесь нужно многое прибрать.

— Что, блин, мы вообще будем делать со всеми этими телами? – морщится Рэнсом. – Поджог этого здания привлечет гораздо больше внимания, чем нам нужно. Кроме того, оно больше, чем те места, которые мы обычно поджигаем, и всё из бетона. Мы с собой взяли только фигню для уборки, но катализатора нет.

— Мы сделаем то, что Оливия планировала сделать с нами. – Вик кивает подбородком в сторону ямы. – Мы сбросим их в эту дыру и зальем цементом.

Мэлис издает что-то вроде дикого рыка.

— Да, твою мать. Эти ублюдки только такого и заслужили.

Рэнсом берет отбеливатель и другие принадлежности для уборки, которые спрятаны в багажнике машины, а затем ребята начинают перетаскивать тела в яму. Я делаю все возможное, чтобы помочь им прибраться. Расставляю перевернутые предметы и собираю разбросанное оружие.

Они оставляют тело Джоны там, где оно лежит, и наконец приходят за трупом Оливии.

Я смотрю на нее в последний раз, словно пытаюсь запомнить выражение, что застыло на ее лице. За то время, что я ее знала, она носила так много лиц. Многие из них были фальшивыми, просто масками, заставлявшими людей видеть то, что она хотела, чтобы они видели. Утонченную и вежливую леди, добрячку, богатую старушку. Но под всеми этими лицами скрывалось нечто чудовищное и злое.

Она была не более чем бессердечным манипулятором.

Убийцей.

Монстром.

— Ты молодец, мотылек, – тихо говорит мне Виктор.

— Умница, – соглашается Рэнсом. – Выстрел был чертовски точным.

Мои руки – такие твердые в момент убийства Оливии – теперь немного подрагивают. Но, по правде говоря, я не жалею, что именно я застрелила ее. Знаю, Мэлис обещал, что мне не придется этого делать, но, когда дело дошло до выбора между его жизнью и ее, принять решение было невероятно легко.

Когда ее тело сбрасывают в яму, меня охватывает облегчение. Я наблюдаю, как Рэнсом и Мэлис начинают заливать ее бетоном.

Мы с Виком обходим помещение, стираем отпечатки пальцев и убеждаемся, что не осталось ничего, что могло бы связать нас с этим местом. Он делает и другие вещи, и когда заканчивает, то кивает мне. Я собираю бумаги, которые были так нужны Оливии, и забираю их с собой.

Останется лишь вопрос с телом Джоны.

— Мы должны вернуть Джону его людям, – говорит Мэлис. – Нельзя оставлять его здесь. Они заслуживают узнать, что произошло.