Книга Жестокие сердца, страница 160 – Ева Эшвуд

— Что это? – спрашиваю его.

Он слегка улыбается.

— Я провел небольшое исследование о продуктах, которые, как предполагается, помогают справиться с утренней тошнотой. И полезны для беременных женщин. Если это поможет, дай мне знать.

Я не могу удержаться от улыбки, глядя на то, как аккуратно он раскладывает фрукты. Каждый кусочек нарезан четкими, равными дольками. На другой тарелке тосты с арахисовым маслом, а рядом те, что намазаны чем-то похожим на авокадо. Рядом стоит дымящаяся чашка чая, от которой пахнет имбирем. Я беру ее в руки.

— Спасибо, Вик, – говорю я, делая маленький глоток.

Я сажусь и принимаюсь за еду, испытывая облегчение, когда съеденное не просится обратно. Чай помогает успокоить желудок.

Чуть позже входят Рэнсом и Мэлис, тоже уже одетые.

— Ты готов? – спрашивает Мэлис у Вика, который аккуратно загружает посудомоечную машину.

— Пять минут.

— Стоп, куда вы? – спрашиваю.

— Я составил список людей, которые могли бы помочь нам в ситуации с Оливией, – говорит Вик. – Мы попытаемся завербовать их сегодня.

— Тогда я хочу пойти с вами, – говорю я, запихивая в рот кусочек тоста. – Только погодите…

— Нет, – перебивает Мэлис. – Ты остаешься здесь.

— Но…

— Никаких «но». Ты не пойдешь.

Он складывает руки на груди, и я сердито смотрю на него.

— Знаешь, я все еще могу что-то делать. Я не какой-то беспомощный цветочек только потому, что беременна. Раньше мы даже не подозревали об этом, и я по-прежнему делала всякое. Едва ли срок стал сильно больше.

— Это небезопасно, – настаивает Мэлис.

— Ты просто боишься, что я буду вас тормозить?

Он качает головой.

— Нет. Дело в том, что твоя чертова сумасшедшая бабуля хочет твоей смерти. Мы пытались обезопасить тебя до того, как узнали о ребенке, и это, черт возьми, не изменилось. Оливия все еще где-то там, планирует убить тебя.

Меня бесит, что он прав. Я откидываюсь на спинку стула, стараясь не дуться из-за этого. Но Мэлис точно не уступит мне. Как бы я ни ненавидела чувствовать себя избалованной девицей, мне нравится, что он так сильно заботится обо мне.

— Ладно, – бормочу я. – Останусь здесь.

— Хорошая девочка, – говорит Мэлис. Затем подходит, запуская пальцы в мои волосы, целует. Это вовсе не нежный прощальный поцелуй. Он жесткий, каким Мэлис всегда и был. Меня обдает жаром, приходится с трудом сглотнуть, когда он отстраняется.

— Мы вернемся так быстро, ты и оглянуться не успеешь, – шепчет он мне на ухо. – Веди себя хорошо.

Я вяло пожимаю плечами, и он слегка шлепает меня по заднице в знак предупреждения, заставляя меня улыбнуться.

Как только они с Виком уходят, в пентхаусе остаемся только мы с Рэнсомом.

— Если тебе от этого станет легче, они там друг друга с ума сведут, – говорит Рэнсом, когда замечает, что я смотрю на дверь. – Вик, конечно, захочет поступить по-своему, а Мэлис останется Мэлисом, и они будут постоянно препираться.

Я смеюсь, допивая чай.

— Да уж, весьма похоже на них, ты прав.

— Я знаю своих братьев, – отвечает он, пожимая плечами.

Из-за всего, что происходит в последнее время, я стала просто невыносимой – как хвостик, который не отцепишь. Ненавижу, когда кто-то из парней пропадает из виду. Хотя, наверное, они думают так же. Время, кажется, течет ужасно медленно, пока Вика и Мэлиса нет дома.