Книга Жестокие сердца, страница 159 – Ева Эшвуд

— Ты долго держал это в себе, – замечает Вик, ставя бутылку на стол.

Я пожимаю плечами.

— Просто не знал, как сказать. И, наверное, сначала мне надо было разобраться со своими собственными чувствами по этому поводу. Я имею в виду, вы двое близнецы, так что у вас есть связь, а я уже чувствовал себя слегка не в своей тарелке, будучи самым младшим. А если добавить к этому еще и факт, что я вам неродной… – Я качаю головой. – Короче, это было слишком.

— Как мы уже сказали, нам плевать, что у тебя была другая мать, – говорит мне Мэлис. А потом улыбается той самой улыбкой, с которой он дразнил меня в детстве по любому поводу. – Ты все еще наш раздражающий младший братец.

Я закатываю глаза, перегибаясь через стол, чтобы ударить его по руке. Он смеется, но затем становится серьезным.

— Наша мама любила тебя, – говорит он. – Мы любим тебя. Этого достаточно. Это все, что имеет значение.

— Да, я знаю. – Я откидываюсь на спинку стула. – Я вас тоже люблю, засранцы. И уже не переживаю из-за этого. Просто хотелось бы, чтобы и у Уиллоу все было так же просто, понимаешь?

Губы Мэлиса кривятся в злобной усмешке.

— Смерть была слишком легким избавлением для ублюдка, который сделал это с ней, – выдавливает он. – Гребаный кусок дерьма.

Я делаю большой глоток из бутылки, позволяя виски обжечь мне горло.

— Я, конечно, порадовался, что вы помучили его как следует, но, черт возьми, жалею, что сам не отрезал от него пару кусков. Нам надо было поддерживать в нем жизнь, оттягивать процесс. И все равно было бы недостаточно.

Вик прищелкивает пальцами, поглядывая в сторону спальни.

— Ты прав. Но сейчас нам нужно сосредоточиться на Уиллоу. Упоминания Троя, – даже про его пытки, – только заставят ее продолжать думать о нем. А ей и так приходится нелегко.

— Я даже представить не могу, что она, должно быть, чувствует, – бормочу я, проводя рукой по волосам.

Братья кивают, атмосфера на кухне становится мрачной. Вик выхватывает бутылку у меня из рук, и я вижу, как он взволнован, потому что он даже не протирает горлышко, прежде чем сделать глоток.

— Хорошая новость в том, что сегодня мы добились значительного прогресса, – говорит он. – У меня есть список потенциальных союзников, людей, у которых есть причины ненавидеть Оливию, и которые обладают навыками, необходимыми для того, чтобы поддержать нас, когда мы начнем за ней охоту. Завтра попробуем обратиться к ним.

— Отлично, – бормочет Мэлис. – Потому что с беременностью Уиллоу ставки повышаются. Если старуха прознает про это, тогда наверняка еще больше захочет смерти Уиллоу. И ребенка тоже. Пора покончить с этим… до того, как это сделает Оливия.

30

Уиллоу

На следующее утро я просыпаюсь в пустой постели.

Я знаю, что ребята вчера легли спать, поскольку смутно помню, как проснулась посреди ночи оттого, что они вошли в комнату и перешептывались между собой.

А значит, они уже встали и готовятся к новому дню.

Я чертыхаюсь себе под нос, отбрасываю одеяло и выбираюсь из постели. Не хочется быть слабым звеном в команде только потому, что беременна. Я не желаю, чтобы они думали, будто я слишком слаба, чтобы помогать им.

Пока одеваюсь, меня немного подташнивает, но я делаю несколько глубоких вдохов. У меня сейчас нет времени на тошноту.

Когда я вхожу на кухню, Вик уже там. Пахнет так, словно он только что готовил. Я жду, чтобы убедиться, что от этого запаха меня не вывернет наизнанку, но, к моему удивлению, этого не происходит.