Книга Двуликая жена. Доказательство любви, страница 61 – Мария Шарикова

Он опустился передо мной на колени. Граф Грейсток, гордый, неприступный Лусиан, который никогда ни перед кем не преклонял колен,и взял мои руки в свои. Его пальцы дрожали.

-Фрея, я люблю тебя. Только тебя. Элеонора это призрак прошлого. Она приехала, потому что мы были друзьями, потому что ей одиноко, потому что она потеряла мужа. Но для меня есть только ты. Если ты уйдешь сейчас, если ты оставишь меня… Я не переживу этого.

У меня защипало в глазах. Слезы, которые я сдерживала весь вечер, наконец прорвались, потекли по щекам. Я провела рукой по его волосам, по щеке, очертила линию губ. Таких родных, таких любимых.

-Я никуда не уйду,-прошептала я.-Я просто испугалась. Испугалась, что ты вспомнишь, какой она была, и поймешь, какую ошибку совершил, выбрав меня.

-Ошибку?-он почти засмеялся, но в этом смехе была боль.-Ты единственное правильное решение в моей жизни. Единственное. Ты вернула меня к жизни, Фрея. Ты дала мне надежду. Ты моё счастье.

Я наклонилась и поцеловала его, и в этом поцелуе растворились все страхи, все сомнения, вся горечь этого вечера. Он прижал меня к себе так крепко, будто боялся, что я исчезну, растворюсь в воздухе, как сон.

-Никогда больше не сомневайся,- прошептал он мне в губы.-Никогда.

-Обещаю, — ответила я.-И ты тоже.…

*****

Утром нас ждало письмо из поместья Уиндем. Моя мать слегла с тяжелой простудой и просила меня приехать. Я колебалась. Оставлять Лусиана наедине с Элеонорой казалось мне плохой идеей, даже после вчерашнего разговора, но и отказать больной матери я не могла. Чувство долга боролось в мне с ревностью, и я не знала, что победит.

-Езжай,-сказал Лусиан, целуя мою руку.-Я присылать тебе весточку каждый день. И обещаю, что буду вести себя примерно.

-Смотри у меня,-пригрозила я, но в глазах моих стояла тревога. Я не хотела уезжать. Каждая клеточка моего тела кричала, что нельзя оставлять его здесь, с ней.

Элеонора, узнав об отъезде, выразила сожаление и пообещала составить Лусиану компанию, чтобы он не скучал в одиночестве. Её голос был таким мягким, таким участливым, что мне захотелось закричать.

-Не беспокойтесь, дорогая, — сказала она мне с той особенной улыбкой, которая теперь казалась мне хищной.-Я присмотрю за вашим мужем.

Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Прикусила язык, чтобы не сказать чего-нибудь, о чем пожалею. Заставила себя улыбнуться в ответ.

-Буду вам очень признательна, леди Арден,-произнесла я с ледяной вежливостью.-Уверена, вы найдете о чем поговорить. Столько воспоминаний…

Её глаза чуть сузились, но улыбка не дрогнула. Мы поняли друг друга. Это была война. Тихая, светская, смертельная война за него.

Карета тронулась, и я смотрела в окно на удаляющуюся фигуру Лусиана, стоящего на крыльце. Рядом с ним, чуть позади, стояла Элеонора в своем траурном платье, и ветер играл с её черными локонами, выбившимися из прически. Картина, достойная кисти художника - прекрасная вдова и мрачный граф на фоне старинного замка.

-Я вернусь,-прошептала я в пустоту кареты.-И горе тому, кто попытается встать между нами.

Я не знала, сколько продлится эта разлука. Не знала, что задумала Элеонора. Но знала одно: я буду бороться за него. За наше счастье. За каждую минуту, которую нам отпустила судьба.

И если ей вздумается встать на моем пути, она пожалеет об этом!