Книга Воcхождение Светлого, страница 72 – Юлия Фим

Шэнь с силой сжал пиалу.

— Что это значит? – он повернулся к Чживэй, не изменяя любезной улыбке.

— Это значит, – ответил Сюанцин за нее, – что убил его я. Я порадовал Чживэй.

— Она сама может ответить за себя.

Напряжение в комнате заметно возросло. Сяо До с интересом наблюдал за тем, как развивались события, Лин Цзинь с недоумением смотрела на Сюанцина, а Шэнь не отводил взгляд от Чживэй. На лице Чживэй застыло все то же непонятное выражение, однако спустя секунды она кивнула.

— Смертельный удар нанес Сюанцин.

— Ты… отдала ему свою месть?

Его словно оглушило громом, словно он принял горький яд, и тот мгновенно начал распространяться в крови. Он перевел взгляд на Сюанцина, и красные глаза обдали его обжигающим холодом.

Он никогда не видел в Сюанцине врага, но и тот никогда не смотрел на него со столь отчетливым пренебрежением, словно Чжао Шэнь вовсе не имел значения.

В таком случае это вина Сюанцина, если он решил бросить ему вызов. Дружба Шэню давалась намного сложнее, чем вражда.

Губы Шэня тут же расползлись в чарующей улыбке, а голос стал слаще меда.

— Спасибо, что помог Чживэй с Юхэ.

Сяо До тут же подскочил и упал перед Сюанцином, кланяясь.

— Спасибо, что защитил нашу Чживэй, – передразнил он шутливо. – Наша маленькая беззащитная Чживэй – все равно что щеночек не в силах постоять за себя, все равно что птенчик…

— О, помолчи ради всех небес! – воскликнула Чживэй, хватая со стола пирожное и запихивая его в рот Сяо До. Тот закашлялся и пропищал что-то вроде «Лин Цзинь, спаси». Лин Цзинь даже не дернулась, изящным жестом отпивая вина.

Дурашливость Сяо До сняла напряжение, и все вернулись к пустой дружеской болтовне и распиванию вина.

Однако Чжао Шэнь все еще не мог отпустить эту мысль. Что происходило за его спиной, когда он не мог быть рядом? В прошлый раз казалось, что они с Чживэй так близки, так понимали друг друга, а сегодня он чувствовал между ними расстояние в тысячи ли, хотя они сидели так близко друг к другу, что он мог бы коснуться ее руки.

Ладонь Чживэй лежала на полу, и Шэнь не смог удержаться и положил свою рядом. В сравнении с его, ее ладошка казалась совсем маленькой. Он слегка подвинул мизинец, и теперь их пальцы соприкасались.

Чживэй, почувствовав прикосновение, повернулась к нему. Опустив взгляд, она сдвинула руку ближе к его, и теперь их мизинцы переплелись.

В душе расцвела весна, хотя еще недавно, казалось, в нем бушевала буря. Его сердце стремилось к ней, а ум, словно драгоценный камень, в ее присутствии мерк. И теперь оказалось, что в нем еще жил рычащий зверь, готовый вгрызаться в сердце, когда ее взгляд устремлялся на кого-то еще.

— Прогуляемся? Хозяйка хвалилась, что у нее расцвели орхидеи.

Чживэй кивнула.

— Лин Цзинь, хочешь посмотреть на орхидеи? – повернулся Сяо До к подруге, но, поймав взгляд Шэня, понимающе улыбнулся. – Я слышал, что смотреть орхидеи лучше по двое. Но мы следующие!

Последнюю фразу он крикнул уже уходящим друзьям.

Шэнь и Чживэй шли вместе молча по закрытому дворику, иногда останавливаясь у очередного горшка с цветами.

— Теперь, когда Юхэ мертв, я вступаю в битву за престол.

— Как отреагировал император на смерть сына? Шэнь пожал плечами.

— В наших кругах смерть – близкий друг. Отец уже терял детей и убивал друзей. В Запретном городе все ходят по острию ножа, и все помнят об этом.