Книга Чудеса под снегом. Рассказы о любви и волшебстве в большом городе, страница 60 – Алиса Бодлер, Валерия Шаталова, Светлана Волкова, и др.

До деревни было ехать около получаса. За окном «Газели», на которой их вез Женин отец, сначала мелькали однотипные домишки Ко́ноши, потом потянулась трасса. Глядя на однообразный пейзаж, Света усмехнулась:

— Красиво тут у вас, Олег Евгенич.

— Ну а то! – Женин отец сарказма не уловил и довольно закивал. – А летом вообще благодать, все цветет. Приезжайте снова через полгода, коли не побоитесь!

Когда Женя предложил встретить Новый год у него дома, в небольшом городке в Архангельской области, а точнее в деревне неподалеку от него, идея была встречена «на ура». В результате сессию в этом семестре все приглашенные сдавали особенно усердно, старались не влететь на пересдачи. Их в деканате могли поставить, начиная с пятого января (ничего ведь святого у людей!), а с учетом запланированной поездки – никому не хотелось раньше времени прерывать зимние каникулы и возвращаться из деревенской сказки в Санкт-Петербург.

— А чего бояться-то? – уточнила Надя, переплетая свою темно-русую косу.

Женин отец хохотнул и бросил на нее многозначительный взгляд через зеркало заднего вида.

— А ты чего ж, Жека, не рассказал друзьям ничего?

— О чем? – Эля и Эдик, до этого самозабвенно целующиеся на задних сиденьях, даже отвлеклись друг от друга и с любопытством уставились на Женю.

— Бать, ну ладно тебе, – скривился Женя. – Не начинай!

— О, тут какая-то тайна! – Дэн потер руки и нетерпеливо встряхнул своими светлыми кудряшками.

— Да нет никакой тайны… – начал Женя, но отец его перебил.

— Еще как есть, дай ребятам рассказать! Места у нас дикие, можно даже сказать гиблые. Ко́ноша – вроде как райцентр, а вокруг дереве́нек натыкано, что поганок на гнилом пне.

— Очень вы это образно сейчас описа́ли, Олег Евгенич, – вставил Эдик, – но как-то совсем не патриотично.

— А это я не образно, а по существу, считай. Тут же болота вокруг. Люди пропадают часто. Вот в позатом году слесарь с фабрики, где я тружусь, в Темную поехал. Это деревня такая, Темная, у него там родня была. Да так и сгинул по дороге.

— Без вести пропал? – уточнила Эля. – А поиски велись?

Женя снова поморщился.

— Бать, ну про Матвеича всем известно было, что он за воротник закладывает. Наверняка и к родне он не на трезвую голову поехал.

Отец проигнорировал его замечания, внимательно глядя перед собой, на дорогу. А Надя подозрительно поинтересовалась:

— Это та самая Темная, куда мы сейчас едем? Где ваш дом находится?

— Не наш – а тещи покойной. И он в Ту́ндрихе, это по соседству с Темной.

— Ну и названия, одно другого… м-м-м… колоритней! – передернула плечами Света.

— Это точно, людская фантазия, она такая. Безудержная! А чуть дальше за Тундрихой есть еще одно лихое место – бывшее Карачу́ново…

Женин отец многозначительно замолчал, словно актер на сцене. И несмотря на то, что Женя подавал отчаянные сигналы не развивать тему, Эля все же не удержалась от вопроса:

— Почему бывшее?

— А потому, что погорело оно полвека назад. Громкое дело было, мне еще отец рассказывал. И с тех пор бросили то поселение, никто там больше не селится.

— Из-за пожара?

— И из-за него тоже. Но там и прежде плохо было – деревню ж построили на древнем капище. Карачу́ну там прежде поклонялись.

— А Карачун это кто?

— Древний бог такой, славянский еще, шибко злой. Раньше ему в жертву юных дев приносили – невестами Карачу́на объявляли да сталкивали в болото…