Книга Сонный сад, страница 49 – Алиса Бодлер

— Я запомню, – девочка кивнула. – Мама, прости.

— Ты не виновата, Эльга. Я сказала, кто виноват.

— Мамочка, неужели… – Элли всхлипнула. – Неужели Лемми слушал только бабушку? Он же очень-очень любил тебя.

— Любил, – Лаура закрыла глаза. – Но история повторилась. Когда тебе что-то внушают с детства, ты веришь в это. Лембит поверил твоей бабушке, как и твой отец.

Элли снова кивнула.

Но маме еще было что сказать.

— Теперь я понимаю… – Цвет лица, наконец, возвращался к Лауре. – Я понимаю, что она ему рассказала. Ты принесла рисунок, и я поняла.

Руки мамы все еще дрожали, но она, сделав недюжинное усилие, оперлась ими о твердую поверхность пола и села.

— Я любила Лембита, Эльга, как люблю и тебя. Но правда в том, что он любил меня в ответ. Так сильно, как сыновья любят только своих матерей, и так же, как Элиас любил Серафиму. Услышав о том дне, когда твой отец оставил меня, он не хотел, чтобы через много-много лет, когда я состарюсь, мое сердце разбилось снова.

В голове девочки что-то щелкнуло.

Вот оно! Вот и ответ.

— Поэтому… – осторожно добавила Элли. – Он и ушел в Ни… Туда, куда бабушка сказала, так рано? Не дожидаясь нужного возраста.

— Она сказала тебе и про возраст? – глаза мамы увеличились. Накатывающая злость, казалось, возвращала ее к жизни.

Девочка поджала губы.

— Да, Элли. Поэтому он ушел сам.

Эльга поднялась с места и почувствовала, как от пережитого ее ноги стали ватными, а голова кружилась. Претерпевая физический дискомфорт, Элли помогла встать маме и усадила ее на диван.

— Мне нет жизни без них, дочка, – тихо произнесла Лаура. – Поэтому и с сердцем беда.

— Но как же я, мамочка? Ты же сказала, что любишь и меня тоже?

Мама не ответила.

Сглотнув горечь, девочка зажмурилась и собралась с силами.

Сейчас они с Лаурой будто поменялись местами.

— Плохо тебе сейчас не от того, что они ушли, мам. – Элли принялась укутывать маму в клетчатый плед, под которым она обычно спала на этом самом диване. – Сердце болит от того, что ты выпила эту гадость.

Укладывая Лауру, Элли хотела произнести свое личное заклинание вслух.

«Я все исправлю! – хотелось закричать ей. – Теперь я знаю причину! Я верю в то, что Лембит хотел умереть! Я знаю почему!»

Но действия были весомее слов, а мама чувствовала себя очень плохо.

Поэтому, девочка поцеловала Лауру в щеку и прошептала ей:

— Спи спокойно, мама. И знай, что я обязательно вернусь. Я тебя не брошу.

Но Лаура уже не слышала дочь. Алкоголь и сердечная боль утомили ее, и теперь мама засыпала.

Элли выключила телевизор и выкинула бутылку в мусорное ведро. А затем вылила остатки красной жидкости из стакана в раковину.

В темноте коридора что-то зашевелилось.

— Уходи, – прошептала Элли. – Ужасная идея выходить сейчас, хоть она и уснула. Сейчас же уходи!

Но это был совсем не Ткач, как предположила девочка. По крайней мере, не тот, которого она ждала.

— Эльга, – послышался теперь уже знакомый вкрадчивый голос. – Твоя мать не умрет.

Глаза Элли столкнулись с крошечными, статичными, утопающими в белизне зрачками.

Дед-хамелеон снова был здесь. Его черный силуэт сливался с темнотой, угадываясь лишь благодаря белому лицу, не выражающему эмоций.

— Конечно не умрет, – прошипела Элли. – Тоже мне, предсказатель. Вали отсюда! Сказала же уже.