Книга Кофе готов, милорд, страница 148 – Александра Логинова

— От того, что любовь сильнее преград. Сильнее человеческих законов. Сильнее ваших сплетен и предрассудков.

— А чё ж не женишься тогда? – вякнул один из выпивох, подворачивая драный ватник под поясницу и даже не пытаясь встать на скользкую поверхность. Завсегдатаи торговых рядов согласно закивали, делясь друг с другом возмущенным гулом.

Секунда замешательства и…

— Женюсь, – выдохнул он. – Специально в столицу ездил за благородной баронессой, чтобы свидетельницей нового союза была. Коли наших дворян нету, пусть хоть пришлая, но леди будет гарантом законности нашей семьи.

— Пошто раньше не привез? – сварливо донеслось сзади. – Ить девка уж скока тут мается без места за мужем, а ты от венца бегаешь, по столицам швындыляешь.

— Дык он же сам еще малой! И шестнадцать вёсен еще не стукнуло, куда ему под венец?

— Как не стукнуло? А куда ж родичи смотрели? Это что ж теперь? – горожане заволновались, тревожно приподымаясь и падая обратно.

— Полагал, что правильнее будет дождаться законного возраста, когда обвенчают нас по всем правилам. Всё равно чуть-чуть осталось, а вы… Жену мою сжечь захотели, нелюди? Я для чего баронессу привез? Что б вы ей свою бескультурщину показали, графа Амори́ опозорили?

Лёд начал таясь, впитываясь грязной водой в одежды людей. Смущенные и очухавшиеся от едва не сотворенного преступления горожане вставали с площади, неловко переглядываясь в глаза и шепотом обсуждая, сколько же мне заплатили как почетной гостье на свадьбе у обычных мещан.

— Ежели так, то всё поправимо, – задумчиво сказала жена канцелярского писаря при мэрии, что забегала к нам за сладким для мужа. – Женись, отрок, бери на себя право мужа и ответственность за жену! Или же не жить грешнице, не топтать ногами нашу землю.

— Ясень, – я подергала за рукав помощника. – Нам бы поторопиться. В храме-то не знают о таком пике ваших взаимоотношений.

Слуга поменялся в лице и бросился к дверям здания. Ему старались уступить дорогу, вжимаясь в незадачливых соседей и жадно оглядывая нашу одежду. Случайно ли, но синяя расцветка преобладала и в моем платье, и в Ясеневом мундире, ярко выделяя нас на фоне непримечательной народной массы.

Створки скрипнули, едва мы потянули их на себя и сначала мне показалось, что я ослепла. После залитой солнцем площади полумрак притвора на мгновение дезориентировал, поэтому пробежав по инерции несколько шагов вперед, мы оказались лицом к лицу ко множеству свечей, освещавших группку монахинь, державших под локти бессильно повисшую Миру.

Никакого костра не наблюдалось. Зато в наличии был пузатый и заросший по самые брови мужчина, одетый в расшитую белой нитью рясу, махавший мокрым веником на беспомощного ребенка. С-с-святой отец!

В два прыжка оказавшись рядом, я рявкнула на испуганно вспорхнувших монахинь и подхватила девочку на руки, позволяя ей опереться на меня. Кажется, она не слишком понимала, что происходит, но и не теряла сознание, слепо перебирая руками по моей шубке и лихорадочно шепча: «Госпожа!».

— Готовьтесь к венчальной церемонии, немедленно! – двери храма оставались открытыми и туда уже набился любопытный народ, стараясь не упустить ни момента происходящего. Если сейчас не пойти до конца, нас просто не выпустят.

— Братец! – пробасили за спиной у самых любопытных и в двери, расталкивая зевак, ввалился всклоченный и местами побитый Анри. – Никак жениться задумал, родню не позвавши? А кто ж венец над тобой держать будет, а?