Книга Лечить нельзя помиловать, страница 32 – Александра Логинова

Это Гвардейшество виноват, сбил меня с панталыку сладкими речами. Поймав мою ладонь в плен, капитан Клод обещал заехать сегодня и уладить формальности, после чего пырнул в руку коварным поцелуем и скрылся в тумане. На всякий случай обработав ладонь антисептиком, я принялась крутить ватные тампоны для благотворительной посылки в мир верфольфов. И вовсе не из альтруистических соображений. Просто… Там всегда неспокойно, и наша гвардия часто патрулирует опасные районы единственного города, охраняя подданных королевства. Далеко не все оборотни разумны по человеческим меркам. Есть дикари, не умеющие даже есть ложкой, для которых мирный человек — законная добыча. Вдруг Поля отправят именно туда? Лучше перестраховаться.

Увы, огнестрельное оружие дикарям известно.

Первая командировка в Ликантроп — город вервольфов — прошла столь сумбурно, что почти не оставила воспоминаний. Зато вторая навсегда врезалась в память: комендантский час для подданных королевства, несъедобная каша и восхитительное мясо и пожеванные землепашцы, пытавшиеся вырастить зерно за городскими стенами. Пришлось ехать «на картошку» — сопровождать фермеров в составе военного отряда, жить в палатках и лечить зазевавшихся людей. Благо, Ликантроп большой, действительно огромный город с постоянно растущим населением цивилизованных волколаков. Рождаясь в очеловеченной семье, маленький волчонок быстро перенимает две привычки: ходить на двух ногах и использовать человеческую речь. А дальше эволюция в рамках онтогенеза конкретного индивида набирает обороты, выдавая кого-то вроде эрла Бэкка — добропорядочного гражданина, готового использовать вторую природу на благо общества.

Спустя несколько пациентов, аккурат к обеду, разболелась голова. Здравствуй-здравствуй, предреченное страдание. Надеюсь, Алеону сейчас икается, и мучается он не меньше. Терпеть не могу заниматься самолечением. Это в книжках колданутый на голову целитель делает пасы, и боль трусливо улепетывает с концами. Для меня исцелять мои же болячки сравнимо с попыткой почесать себе спину короткими ногтями: неудобно, бесполезно и еще больше чешется. Да еще и поясницу защемит в критичный момент.

— Не бойтесь на пороге, мистер, — через приоткрытую дверь видно, как новый пациент замялся у входа, не решаясь постучать. — Входите, внутри бояться куда удобнее.

Дорого одетый молодой человек неловко покраснел и с должной опаской вошел в кабинет. Без предварительной записи и во время обеда… Традиционный ритуал горожан, сорвать который не под силу даже богам. Потоп, война, перестройка — ерунда! Конец Вселенной настанет в тот день, когда я спокойно пообедаю на рабочем месте. Клянусь, если мне испортят репутацию и клиентский поток иссякнет, я буду обедать три раза в день. Использую опыт курильщиков на остановках, ждущих нужный автобус.

— Добрый день, эрла. Меня зовут… Впрочем неважно, зовите меня эрл Инкогнито, — с ходу выдал пациент, падая на стул. — Я к вам с нетривиальной просьбой.

— Слушаю вас, — скептический хмык потонул в деонтологии. Инкогнито так инкогнито.

— Понимаете, эрла, я — третий сын в семье аристократа. И поскольку мне не полагается ни титула, ни отцовских фабрик, единственный вариант чего-то добиться — сделать карьеру военного. Чем выше чин, тем красивее невесты, как говорит мой отец.