Книга Лечить нельзя помиловать, страница 160 – Александра Логинова

— Да какой ещё лекарь? — взвизгнула от негодования дама, маяча размытым силуэтом за снежной стеной. — Ты больной? Оно и видно! Отцепись!

Ой-ёй, как грустно. Крик: «Здесь есть врач?!» будоражит только на экране, а в жизни от растерянности хочется притвориться деревом, особенно если ты специалист узкой области. Не теряются, пожалуй, только фельдшеры и мы, терапевты. Хотя кто из зомби-медиков не подрабатывал на скорой в далеком студенчестве?

— Кто из вас целитель? — низкий рык достиг ушей, стоило миновать очередной фонарь. — Отвечайте, живо!

По проспекту металась мужская фигура, одетая совсем не по погоде. Длинное пальто подметало сугробы, непокрытая голова блестела растаявшими снежинками, а в узких белых штанах странный прохожий рисковал найти лишь травматолога. Пригрозив кулаком улепетывающей женщине, чудик бросился на другую сторону тротуара, хватая за рукав отшатнувшегося старичка. «Ты лекарь? Говори!» — тощий пенсионер закатил глаза, пытаясь филигранно уйти от вопроса в нирвану.

Как бы прошмыгнуть незаметно, чтобы не пристал? Номер скорой известен всем.

— Льды из хаоса, — явно ругнулся хулиган, выпустив из рук осевшего старика. — Да я это заклинателя в фундамент замурую!

У-у-у-у, здесь я точно бессильна, могу лишь дать визитку упомянутого психиатра. Поэтому бочком, бочком, подальше от фонарей и поближе к голым деревьям…

— Покажи мне целителя! — окончательно взъярился псих, зажигая в руке фонарь.

Малюсенький, но мощный прибор, прячась в согнутой мужской ладони, осветил темный пятачок пустого проспекта. Экая неудача! Как бы он меня не приметил с таким-то аппаратом. Я, разумеется, отобьюсь тяжелой подошвой по чужим коленкам, но лучшая драка — это та, которой не было.

Пытаясь проскочить мимо, не поднимая головы, я слишком поздно заметила странность. Когда до спасительных сумерек оставалось два шага, снег под ногами засветился синим, поймав отблески чужого фонаря.

— Ты, — на плечо опустилась тяжелая ладонь. — Ты целитель. Почему молчишь, когда тебя зовут?!

На лбу у меня написано, что ли? Редкая непруха. Хотя кого я обманываю, пьяным дуракам не нужен повод докопаться до прохожих. Да и не целитель я, а дипломированный врач.

— Сударь, — неохотно повернувшись к психу, я утомленно закатила глаза. — Что вам нужно?

И замолчала. В левой руке докучливого мужчины не было никакого фонаря!

Так-так-так, Алевтина, либо тебе пора садиться на серьезные колёса и катиться на них к восстановлению психического здоровья, либо… Что «либо» додумать не получилось. Сжав моё плечо до болезненного оханья, сумасшедший рывком подтянул меня к себе и скинул светящуюся пустоту под ноги. Стетоскоп мне в печень!

Закрутившийся синий снег из простой позёмки превращался в настоящий водоворот, облепляя сапоги и поднимаясь выше к коленям.

— Ты лекарь? Целитель? — словно для порядка уточнил мужик, продолжая стальными тисками удерживать меня рядом.

— Я врач! — от боли на глаза навернулись слёзы. — Отпустите меня немедленно!

— Людей исцеляешь? — не отставал придурок, напряженно всматриваясь в снежный вихрь, уже достигший бедер.

— Да! — двинуть локтем куда-нибудь под ребро не получилось. Цинично усмехнувшись, психанутый козёл перехватил меня за шкирку, как котёнка, и швырнул на обледенелый тротуар. Сволочь!