Книга Лечить нельзя помиловать, страница 11 – Александра Логинова

— Стошнило? — руки быстро записывали в карту новые данные.

В отличие от земной практики, здесь сразу сообщают о своих проблемах до записи на первый прием, чтобы лекарь мог заранее предположить, с чем предстоит работать. Сначала я фыркала — предвзятость гипотез никто не отменял, как и комплекс бога. Но потом прониклась: действительно, очень удобно заранее вспоминать самые распространенные причины тех или иных жалоб. Главное, не ставить диагнозы дистанционно, мня себя светилом медицины.

— А вы откуда знаете? — распахнула и без того большие глаза Нурика. — То есть да, стошнило. Благо, не сильно, я не смогла поесть в тот день.

— Обезболивающие порошки нельзя принимать при гастралгии. Они сильно раздражают желудок и вызывают отторжение организмом. Раздевайтесь до пояса.

Нурика прерывисто вздохнула и залилась краской аки маков цвет. Потянув трясущимися руками милое зеленое платье, девушка обнажила тонкую полоску кожи и нервно обернулась на окно. Зашторено, малышка, не переживай. Поразительное дело — человеческие характеры. Иной горожанин не постесняется спустить штаны посреди улицы, увидев меня, спешащую в сумерках домой, начав сыпать жалобами издалека: «Шишка какая-то выскочила, эрла, гляньте!». А другие ласточки даже в приватном кабинете побоятся запястье оголить, смущаясь до слез.

Пропальпировав живот и найдя его умеренно мягким и болезненным, я подключила магическую диагностику. Область чуть ниже ребер светилась красным воспаленным светом. У-у-у-у, да у нас здесь целый букет!

— Иногда я скучаю по гастроскопии, — доверительно сообщила я пациентке. — Сходит человек разок на этот аттракцион счастья и начнет трижды думать, что он тащит в рот.

— Гастро… Что? — удивилась девушка, стремительно приводя одежду в порядок. — Нужно сходить в парк развлечений?

— Развлечений вам и без парка хватит. Мисс Инкаст, чем вы завтракаете?

Как и подозревалось, завтрак Нурика пропускает, сразу переходя к обеду: острому чесночному супу, приправленному копченой колбасой. Набивает желудок вдосталь хлебом и салом, чтобы хватило до ужина, и периодически перекусывает остренькими сухариками. Бегает до вечера по родительским поручениям, чтобы перед самым сном перехватить пару бутербродов со стола и рухнуть спать, не дожидаясь, пока пища переварится.

— Зато я пью много воды.

— Да ну? — удивилась я. Диагностика показывала стойкие отеки, вызванные компенсаторной задержкой влаги.

— Да, — с гордостью продолжила розочка. — По две бутылки лимонада в день, потому что в кислом больше витаминов.

— И порядка десяти граммов рафинада на стакан. Нурика, вам не говорили, что большое количество сахара вредно для организма?

К моему огромному изумлению оказалось, что сахар в напитках — не сахар. Это мне втолковала мисс Инкаст, горячо доказывая, что газированная вода не задерживается в желудке, а сразу выходит наружу вместе с тонной углеводов, забывая отложиться на бочкáх. И если на бутылке написано, что лимонад полезен для здоровья, значит, никакого вреда от пары-тройки литров быть не может, одно благо.

— А дядю вы просвещали о пользе лимонада? — к концу лекции у меня отчетливо дернулся глаз.

— Разумеется, — просияла девушка. — Кстати, он передал вам записку. Простите, забыла отдать сразу.

«Мы устали сдавать стеклотару» — гласила записочка мелким почерком. Суду всё ясно. Мягкосердечные родственники не нашли способа повлиять на пристрастие девочки к газировке и отправили ее ко мне, чтобы злая тетя-лекарка вправила юнице мозги. Ох, как бы пригодился сейчас эндоскоп! Но лекари же за гуманность, за милосердие, за доброту и сострадание.