Книга Три Ножа и Проклятый принц, страница 5 – Екатерина Ферез

— Нет, Юрик, ты пойдешь, – в голосе Маришки прозвучала такая твердость, что мгновенно расхотелось с ней спорить.

— Господин Барташ, у нас был уговор, – обратилась Маришка к длинноносому. Тот тяжело вздохнул и протянул руку за монетой.

— Ладно, – сказал он, – Только пусть ножи здесь оставит, ага. А то как бы чего не вышло.

Юри скривилась, но все же вынула клинки из ножен и протянула Барташу черными рукоятками вперед. Тот суетливо покрутился на месте, сунул ножи в ящик конторки и запер на ключ. Замер, будто силясь вспомнить что-то, и снова недобро уставился на девушку.

— Ты меня не дури, Юри!

Затем хихикнул, явно довольный собой, и продолжил:

— Всем известно, что твое прозвание Юри Три Ножа, так что давай-ка сюда третий, ага!

Сохраняя на лице каменное выражение, девушка вынула из небольших, скрытых в поясе за спиной ножен узкий клинок без гарды.

— Смотрите, не порежьтесь, уважаемый, – процедила она сквозь зубы, протягивая свой третий нож.

Господин Барташ отворил боковую дверь и пропустил девушек вперед.

— Идите наверх, ага, и там ждите. Я скоро подойду. Вы не последние у меня, – сказал он, махнув рукой в сторону лестницы, на которую падал свет из узкого витражного окна, составленного из стеклышек всех цветов радуги.

— Кто этот Барташ? Интересно, откуда он меня знает? – спросила Юри подругу, как только они остались одни. – Он здешний управляющий?

— Что ты, Юрик, нет конечно! Он всего лишь сторож. Боится, что управляющий узнает и потому развел великую секретность. Продавал места на балконе, будто браконьер шкурки белого карпуля. Представь себе, мне сказала об этом его предприятии моя портниха…

Поднявшись на второй этаж, подруги прошли в единственную открытую дверь и оказались в небольшом полутемном зале, где уже томилась дюжина страдающих от духоты девушек. Ставни были закрыты неплотно, и сквозь щели пробивались внутрь солнечные лучи. Они дрожали на полу длинными тонкими полосками и тотчас ломались, попав на пышные юбки взволнованных красавиц, кружащих по комнате в мучительном нетерпении. Трепетали кружевные оборки, увядали цветы в прическах, скрипели туго затянутые корсеты. Сладко пахло пудрой и свежим девичьем потом.

— И где же балкон? – спросила Юри, оглядываясь по сторонам.

— О, этот противный старикан его не открывает! – ответила одна из девушек, круглолицая и румяная, в ярко желтом платье, – А вдруг мы из-за него все пропустим?

На Маришкином лице явно читалась досада. Юри, напротив, развеселило то, что судьбоносная встреча подруги с долгожданным женихом оказалась вдруг омрачена присутствием немалого числа соперниц. Нарядные девушки оглядывали вновь прибывших, кто-то прямо, другие украдкой, стараясь не выдать интереса. Судя по всему, Юри они сразу исключили из числа достойных внимания, рассудив, что такое чучело оказалось среди них по недоразумению. А вот Маришке перепало немало завистливых взглядов, ведь она была несомненной красавицей и одетой к тому же в прелестное и, по всему видно, очень дорогое платье.

Стоило длинному носу господина Барташа показаться в дверях, как девушки загалдели на разные голоса, как птички по весне.

— Открывайте, господин Барташ! Да-да, открывайте, пора-пора!

— Кажется, я уже слышала трубы! – пискнула худенькая блондинка и в отчаянии вскинула бледные руки к груди.