Книга Проклятие рода Прутяну, страница 88 – Лизавета Мягчило

Длинные белоснежные пальцы коснулись стекла по ту сторону, в глазах Больдо отразилась такая мука, такая бесконечная тоска… Тсера захлебнулась, рассеянно моргнула, медленно переводя взгляд на его подушечки пальцев. Собственная рука несмело потянулась к стеклу.

Я зализывал твои раны, целовал твои ступни, я по-нищенски скулил у твоих ног, боготворя, превознося. Моя кровь, моя душа, моя любовь. Ты чувствуешь меня так же, как и я тебя. Твои раны – мои раны, твои чувства – мои чувства. И сейчас я знаю, что ты хочешь остаться со мной. Минуты твоей человеческой жизни истекают, ты уже далеко за гранью, скоро сердце прекратит биться, и ты понимаешь это. Ты понимаешь.

Тсера дернулась, словно от оплеухи. Сделала рваный шаг назад под успокаивающее пошикивание.

Все хорошо. Я рядом, я всегда буду с тобою рядом, у нас целая вечность. Я знаю, как трепетно ты любишь своего брата, и уважаю родную кровь. Знаешь, Тсер-ра, раньше я глупо полагал, что родство ничего не значит, что названый брат может быть дороже единоутробного. Никто из моих семи братьев близок по-настоящему мне не был… Седьмой мужчина в роду, явившийся миру в рубашке, обмотанный синюшной пуповиной, убивший мать. Я был проклят, я был обречен на такую судьбу по праву рождения. Я думал, кровь – пустое. Я правда так думал, пожирая их одного за другим. Я свято уверовал в это, впиваясь в горло отца, насадившего меня на осиновый кол… А затем меня предал и тот, кого я сам признал братом.

Но ты… Ты, моя маленькая Тсер-ра… Люблю, нет сил, как люблю. Ради тебя я подарю вечность каждому дорогому тебе человеку. Ты не потеряешь никого, а я не потеряю тебя.

Он не обидит, он хочет только лучшего для нее, он подарил ей вечность. Свободу… Спасение от смерти. Больше никогда Тсера не увидит во сне окровавленную тонкую материнскую кисть, безвольно свисающую с кровати. Не услышит падение липких капель крови. Не…

В отражении стекла она увидела собственное выцветшее отражение. Стеклянные глаза, сеть черных вен у губ, длинные клыки… Наваждение схлынуло, пальцы, касающиеся оконной створки, резко отдернулись назад. Оказывается, все это время внизу истошно вопил Дечебал. Его шаги быстро направлялись к лестнице.

— Тсера! Копош, дери тебя черти, не пугай меня! Где же ты?!

Тсера отшатнулась от окна, за которым застыл вампир. Пораженно зашипела, испуганно пятясь к стене.

Как глубоко он пустил в нее собственные корни, как легко подавил волю?

В ответ на пропитанный яростью протест Больдо растянул губы в многообещающей улыбке. Взгляд вампира метнулся к дверному проему, в котором появился хватающий за плечи сестру Дечебал.

Он скоро будет моим, а где суматошный светлый брат, там и моя любимая Тсер-ра…

— Что с тобой такое, Тсера! – Онемение прошло, когда Дечебал рывком развернул ее к себе, наклонился, чтобы заглянуть в потрясенно вытянутое лицо. А затем он понимающе кивнул, прижимая ее к себе. Горячие пальцы скользнули в волосы, начали гладить.

— Так и подумал. Уже увидела машину? Мне казалось, ее будет плохо видно со второго этажа. Опря не поднимает, в полицейском участке тоже глухо, никак не могу понять, что сбивает звонок… Не волнуйся, волкам не пробраться в дом, я проверил каждое окно, каждую щель.

А она цеплялась дрожащими пальцами за его плечи, вдыхала родной запах, жмуря слезящиеся глаза.