Онлайн книга «Проклятие рода Прутяну»
|
По-звериному пригибаясь, он широким полукругом двинулся в ее сторону. Кончик меча неуловимо сдвигался за ним следом. В какой-то момент Тсера с отчаянием поняла, что это движение открывало ее спину. Один из волков уже начал приближаться, нетерпеливо щелкнул зубами, дернулся, пытаясь в прыжке вцепиться в нее, пробить сухожилия под коленом, и тут же отскочил обратно. Меч пропорол снег в полуметре от его носа. Господи, ее раздерут. От нее останется холодный труп на кровавой корке снега. Осознание этого отразилось на лице Тсеры и знатно повеселило мужчину, он засмеялся снова. Так задорно смеются победители, принимая из чужих пальцев трофей. — Я чую нотку горчинки, холодный привкус чего-то терпкого, яркого… Твой запах – нечто особенное. Насколько же хорошо я вознагражден за долгую охоту и ожидание. Ты только представь, насколько меня огорчил ваш отъезд. Еще будучи малышкой, ты разбила мое сердце. – Он картинно сложил тонкие губы, перечеркнутые шрамом, уточкой, совершенно отвратительно хныкнул, медленно опускаясь на корточки. Если бы не было волков, Тсера могла бы попытаться напасть в этот момент, попытаться оставить эту тварь валяться в сугробе без сознания. Копош могла бы ранить его и сбежать. А сейчас, находясь в сжимающемся волчьем кольце, она была беспомощна, оба это понимали. И он откровенно наслаждался ситуацией, позволяя себе поиграть с жертвой. Тварь вновь принюхалась. На этот раз глубже, более жадно. – Я чую отголоски твоего возбуждения. Неужели кто-то успел откусить от этого лакомого кусочка? Быть может, я успею поиграть с тобой до пиршества? Как считаешь? Нужно только немно-о-ожко ограничить твои возможности размахивать опасной игрушкой. Потерпи меня этой ночью, огонечек, на той стороне тебе будет всяко теплее, чем в нашем огромном жестоком мире. Может, ангелочки вашего милосердного бога споют для тебя… Раньше Тсера до рези в глазах пялилась в телевизор, по которому показывали ужастики. Дечебал насмешливо наблюдал за ее реакцией, когда на экране в одно мгновение человек разрывал на себе ошметки кожи и выпрыгивал из нее уже волком. Брат с усмешкой трепал волосы на ее макушке, когда Тсера не сдерживалась и жмурилась, плотно закрывая веки. Сейчас она не могла себе позволить такой роскоши, а все происходящее было куда страшнее, чем показывали в фильмах ужасов. Копош успела заметить каждую деталь, зацепиться за каждую перемену. Череп мужчины с хрустом потянулся вперед, щелкнула распахнутая челюсть, из которой посыпались в снег человеческие зубы. Лопнула кожа, пропуская наружу клочья белой шерсти, с хрустом начали ломаться один за другим позвонки. Волки уселись, запрокинули головы к полной луне и затянули свою ликующую песню. Когда снег под пальцами твари окрасился алым, в него темными кусочками попадали сползшие ногти и обрубки лишних фаланг пальцев. Тсеру повело, меч в руках дрогнул. Нужно бежать, нужно спасаться, пока не стало слишком поздно, пока все они отвлечены. Резкий шаг назад, лопатки обожгло холодом забора, и она малодушно вщемила туда бедро, втянула живот, резко выдыхая облачко пара. Черт подери, если застрянет голова, она сразу же будет откушена… От этой мысли Тсера испытала гораздо меньше ужаса, чем от того, что может сделать с ней приколич за ночь. Та покажется невероятно долгой, она сама захочет умереть. |