Книга Боярыня Марфа, страница 83 – Арина Теплова

Андрей целыми днями играл или во дворе дома, или же вырезал фигурки из дерева. Мы с сыном почти уже свыклись со своей новой жизнью.

Отметив, что Кирилл вошел в дом, я велела Андрею сбегать к кухарке, сказать, чтобы она разогревала еду. Сама же я быстро убрала шитье в небольшой ларец и поспешила мыть руки, чтобы помочь девке-холопке накрывать на стол с трапезной.

Однако, когда Черкасов вошел в светлицу, где я была, от его радужного настроения с которым он въехал на двор не осталось и следа. Лицо было хмурым, а его грозный взор остановился на мне.

— Яж велел тебе дома сидеть, Марфа! — мрачно процедил он. — Какого рожна ты в церковь опять шастала!

От его наезда я даже оторопела. Видимо, кто-то из слуг сейчас доложил ему об этом.

Да, я ходила в ближайшую церковь. Поставила свечку за здоровье малышки и попросила у иконы Божьей Матери побыстрее вернуть мне Наташеньку. Я не была верующей, но в помощь Высших сил, среди которых была и Дева Мария, я верила.

— Кирилл Юрьевич, я не позволяла говорить со мной в таком тоне, — возмутилась я тихо.

— А как еще говорить с тобой, если ты глупости творишь?

— Устала я сиднем сидеть здесь, да вышивать. Я же быстро сходила, ни с кем не говорила.

— Да пойми ты, голубушка, этот разбойник может вокруг дома бродить. Увидит тебя и упрет! Че прошлого раза тебе мало было?

— Не мало… — насупилась я.

— Мы же вроде договорились о том, что ты из дому носу не высунешь!

— Не договорились. Ты приказал мне вчера, а я промолчала, — огрызнулась я.

До сих пор после вчерашнего разговора мне было не по себе. Вчера Черкасов властно заявил мне сидеть дома и на улицу не ходить. Естественно, я спорить не стала, так как жила здесь по его милости, но от его приказного тона меня покоробило. Иногда властный, жесткий нрав Кирилла то и дело проявлялся, и мне это очень не нравилось. Не любила я, когда мне приказывают, словно я какая раба или дитё малое.

— Вот как? Видимо, на свою голову беду ищешь.

— Не ищу. Но думаю, ты преувеличиваешь угрозу, Кирилл Юрьевич. Сидор понял, что ты сильнее, и не сунется больше ко мне.

— Наивная ты баба. Я ж о тебе беспокоюсь. А ты всё не поймёшь никак.

Я промолчала, поджав губы. Думая, что, возможно, он и прав, но всё равно его властные замашки меня начали уже напрягать. Чувствовала я, что он хочет полностью контролировать меня и указывать, что делать. Хотя не имел на это никаких прав.

Кирилл подошёл ко мне, провёл осторожно по моему локтю, затянутому в красную парчу. Я видела, что он немного успокоился и уже не смотрел так грозно. Но я всё равно была раздражена, и отводила от него взгляд.

— Ну что, надулась, как мышь на крупу? За тебя мне боязно, Марфа.

— Хорошо всё со мной будет, Кирилл Юрьевич.

— Дай Бог, — тихо произнес он и пытливо спросил: — Не пойдёшь больше со двора?

— Не пойду, — буркнула я, только бы успокоить его.

Он вздохнул и полез в свою поясную кожаную сумку.

— Я ведь с хорошей вестью к тебе шёл.

— Обоз прибыл? — тут же встрепенулась я.

— Нет пока. Но холоп мой передал няньке послание. Со дня на день обоз будет, — ответил он и достал из сумы свиток с печатью. — Смотри, какой гостинец привез тебе. Грамота это твоя о свободе, что вольная ты, мужем твоим покойным писана. Мне царский дьяк такую же дал, как в Приказе хранится. Только подпись царёва на этой, а не мужа твоего. Ведь его уже не вернуть.