Книга Боярыня Марфа, страница 81 – Арина Теплова

— Этот гад так и говорил, что не доказать мне того, что я венчалась с Федором.

— Да. Совести у этого сукина сына вовсе нет. Вдовицу родного брата так притеснять! Явно он на твое добро метил, Марфа, чтобы завладеть всем. Оттого на черное дело и пошел. Но единственное, чем я могу помочь, это с Наташей. Я придумал, как можно ее выкрасть. Да так, чтобы Сидор не понял, что она у нас.

— И как же?

— Ты вчера говорила, что два раза в месяц обоз из деревни приезжает в усадьбу Адашевых.

— Да.

— Тебе и мне в усадьбе не показаться, нас сразу узнают. Так вот, Демьяна, денщика своего, обряжу я в холопа, он и пройдет с этими телегами в усадьбу. А там нянька Агриппина девочку ему и отдаст. Только надо будет записку няньке тишком вручить, чтобы готова была.

— Если Сидор уличит няньку в сговоре с нами, прибьет ее. Он же бешеный!

— Согласен, потому тетка Агриппина должна с Демьяном и дочкой твоей сбежать. Все ж не чужая она мне. С детства за мной присматривала. Пусть у нас поживет, пока здесь. Да за детьми присмотрит.

Я обрадованно закивала. План Кирилла показался мне вполне реалистичным.

— Вы трапезничали уже? — спросил Черкасов.

— Да. На кухне с челядью твой поели.

Недовольно вздохнув, он приблизился вплотную ко мне. Его взгляд стал призывно жгучим, и он тихо спросил:

— Что ж, меня не дождались? Теперь мне одному сидеть, как сычу какому-то.

— Я даже и не подумала о том. Прости. Завтра обязательно тебя дождёмся, — пообещала я.

Я видела, что это немного его успокоило, и он печально улыбнулся. Вдруг поднял руку и провёл пальцами по моей щеке. Я напряглась, ибо взор Кирилла не отпускал и становился всё горячее. А его теплые пальцы, погладив щеку, двинулись дальше, исследуя подбородок и мою шею, нежно, едва касаясь.

— Ты запачкалась, — объяснил он своё движение, но я в этом очень сомневалась.

Инстинктивно чувствовала, что он просто искал повод, чтобы приблизиться ко мне и прикоснуться. На удивление его ласковые прикосновения были мне приятны. Его взор остановился на моих губах так беззастенчиво и дерзко, что я поняла, к чему это всё может привести. Потому быстро произнесла:

— Кирилл Юрьевич, ты обещал, что не будешь неволить меня.

Мы оба прекрасно понимали, о чём речь. Он глухо выдохнул через сжатые зубы и опустил руку.

— Хозяин, там купцы пожаловали! — раздался вдруг голос от двери, и в горницу вошел один из холопов. Я быстро отошла от Черкасова на пару шагов. — Говорят, что ты, Кирилл Юрьевич, позвал их.

Обернувшись к слуге, Кирилл велел:

— Звал. Сюда их веди.

Спустя несколько минут я с удивлением наблюдала, как большая горница, где мы находились с Кириллом, наполнилась всевозможными сундуками, ларцами и даже двумя зеркалами. Купцы и их слуги, которые все это вносили, сразу же создали шум и начали называть свой товар. Один доставал вязанные шали, второй — сафьяновые сапожки, выделанные из нежной кожи, третий начал трясти передо мной красивым расшитым летником.

Я даже занервничала, не понимая, что происходит.

— Не пугайся, голубка, — шепнул мне Кирилл на ухо. — Для тебя их пригласил. Выбирай, что тебе надобно, и сыну своему. А то смотреть на тебя тошно в этом рубище деревенском.

— Не надо мне всего этого, Кирилл Юрьевич, — попыталась возмутиться я.

Понимала, что расплатиться с ним у меня нет денег, а должной я быть не хотела. Конечно, поняла, какой платы Черкасов ждал от меня. Не вчера родилась. Но я точно не собиралась ему позволять никаких вольностей.