Книга Развода не будет! Мандаринка для генерала, страница 16 – Злата Загорская

— Нам нужен план, дружок, — пробормотала я, поглаживая шершавый ствол. — Электричества нет, фитоламп нет. Значит, будем заниматься физикой. Мне нужны отражатели.

Я провела в оранжерее все утро: рыхлила землю в других горшках (вдруг что-то еще прорастет?), протирала немногие уцелевшие стекла от копоти и грязи, чтобы впустить максимум скудного света.

К обеду желудок напомнил о себе громким урчанием. На кухне царило невиданное оживление. Матильда, раскрасневшаяся от жара печи, встретила меня как родную.

— Садитесь, ваша светлость! Гречка готова! С салом!

Гречка. С салом. Я смотрела на дымящуюся миску, в которой золотились поджаристые шкварки, и у меня защипало в глазах. После пустой овсянки и репы это казалось пиром Лукулла. Рядом стояла тарелка с тонко нарезанным хлебом (мука от Прохора пошла в дело) и плошка с маслом.

— Матильда, — сказала я, отправляя в рот первую ложку, — клянусь я ничего вкуснее не ела.

Служанка зарделась.

— Скажете тоже... Кушайте. Вам силы нужны, вон какая бледная. Бертс уже лошадей накормил, ходит довольный, как кот. Говорит, Звездочка овес увидела - чуть кормушку не сгрызла.

Я ела медленно, наслаждаясь каждым кусочком. Жирная, сытная пища возвращала энергию. Мозг, получив глюкозу и жиры, заработал с удвоенной силой. Итак, еда есть. Тепло есть. Посадки сделаны. Теперь нужно решить проблему света для дерева и понять, что еще скрывает этот огромный дом.

— Матильда, — я отодвинула пустую тарелку. — Мне нужны зеркала.

— Зеркала? — она удивленно моргнула. — Так в спальне у вас трюмо, и в коридоре...

— Нет. Мне нужны все зеркала. Большие, маленькие, карманные - любые. И еще мне нужен доступ в кабинет генерала.

Матильда побледнела.

— В кабинет? Ваша светлость, туда нельзя! Генерал строго-настрого запретил. Ключ у меня, но он велел...

— Генерала здесь нет, — мягко, но твердо перебила я. — А я здесь. Мне нужно посмотреть старые карты местности и, возможно, найти книги по местной флоре. Давай ключи.

Послеобеденный рейд по дому напоминал экспедицию мародеров. Я бродила по закрытым, вымороженным комнатам, закутавшись в шаль. Стылый Дол был огромным. Два этажа, анфилада комнат, бальный зал, в котором теперь гулял ветер. Всё было покрыто чехлами и пылью.

Я искала свет. В бальном зале я нашла сокровище: два огромных ростовых зеркала в тяжелых бронзовых рамах. Они были неподъемными, но стекло было чистым.

— Бертс! — мой крик эхом разлетелся по пустому дому.

Конюх пришел, ворча и отряхивая муку с бороды.

— Чего шумите, барыня?

— Эти зеркала. Их нужно перетащить в оранжерею.

— Сдурели? — Бертс постучал по раме костяшкой пальца. — Они ж весят пуд каждое! И зачем? Баловаться будете, наряды примерять?

— Я буду ловить солнце, Бертс. Если поставить их под углом к окнам и друг к другу, мы сможем сфокусировать свет на дереве. Удвоим, а то и утроим инсоляцию. Тащи.

Пока Бертс, чертыхаясь и поминая всех святых, пыхтел над зеркалами, я направилась к святая святых. Кабинет мужа.

Матильда отдала ключ неохотно, перекрестив меня на дорожку, словно я шла в пасть к дракону. Ключ со скрипом повернулся в замке. Дверь отворилась, пахнуло застарелым табаком, кожей и холодом.

Кабинет был строгим, почти монашеским. Массивный стол из темного дуба, шкафы с книгами, карта империи на стене, где красными флажками была отмечена линия фронта. Никаких украшений, ковров или безделушек. Комната солдата, который здесь не живет, а служит.