Книга Холодный, расчётливый и нелюбимый, страница 11 – Мария Клепикова

— Тц-ц-ц! Это мои игрушки, Фройлен фон Ольденбург.

Он явно издевался надо мной, обращаясь уважительно. Какой фарс! И при этом Херр Маршал с неприкрытым злорадством сместил меня в сторону и приковал руки к цепям.

— Вы интересный экземпляр, Фройлен фон Ольденбург. Когда мои харроны доложили о некой отважной женщине-маге, что уложила без особых усилий мою лучшую дивизию, мне захотелось на Вас посмотреть. И вот Вы теперь передо мной — маленькая, беззащитная и отважная птичка. Признаться, я не ожидал от Вас такой прыти на поле боя — Вы достойный противник, и поэтому…

Херр Маршал захватил оба мои запястья в одну руку и поднял их вверх. Медленно, не отводя взгляда, он стал проводить по моим оголённым рукам своим тесаком, постепенно нажимая всё сильнее и рассекая мою плоть. Кровь заструилась, стекая тяжёлыми каплями и ослабляя меня.

— Знаете ли, дорогая Фройлен фон Ольденбург, Вы мне тогда понравились. Таких магов, как Вы, я не встречал. Разумеется, Ваша стихия для меня не в новинку — мне приходилось иметь дело с водными магами, как с врагами, так и некоторые мои подчинённые обладают такими способностями. Но Ваш потенциал меня восхитил. И уж простите великодушно, но я не смог отказать себе в маленьком удовольствии и не захватить Вас. Я люблю иметь дело с сильными соперниками и ещё больше — ломать их.

— Не дождётесь! — выкрикнула я и сильно ударила его коленом в бедро.

Я была уверена, что мой удар достиг своей цели, но Херр Маршал даже не поморщился. Тем не менее, он отступил от меня.

Больно? Злость кипела во мне, и я бросилась в атаку. Цепи не давали далеко уйти, но, насколько могла, старалась достать до харрона ногами; впрочем, большая часть моих отчаянных действий была холостыми попытками.

Его явно забавляло, с какой самоотверженностью я пыталась ему противостоять. Надеюсь, это делало мне честь. А что он думал, что я, одна из сильнейших магов Ордена Глендстория, буду безвольно наблюдать над всеми этими его издевательствами?

Примечание к части

Моноветки*. На самом деле, правильнее говорить *моноветт* (monovette), но я их ласково называю моноветками. Сам моноветт (п.а. Я не знаю, как склонять по падежам) — это вакуумный шприц-контейнер для забора крови из вены. Есть много разных, скажем, «вакуумных контейнеров (пробирок)», каждый из которых снабжен реактивами для соответствующих анализов. В общем, кровь Тайлетты, сразу же после забора, была смешана с… даю волю фантазии читателя каким реактивом.

Да простят меня опытные медики за неточность!

Увы, но для меня это было только началом. Херр Маршал то натягивал цепи, то ослаблял, иногда дразня при этом нецелевыми воздушными атаками предметами своих «исследований».

— Весьма занимательно, — с интересом ребёнка, делающего открытия, подмечал он, втыкая мне кортик под ребро.

— Что Вы делаете, Херр Маршал? Вы с ума сошли?! — сквозь страх и саднящую боль, кричала я, в очередной раз пытаясь увернуться от безумца.

— Почему Вы так решили, Фройлен фон Ольденбург? Я всего лишь проверяю свою догадку, — изогнув бровь, ответил он, подходя ко мне.

Я даже не сразу поняла, что цепь ослабла, а руки, наконец, освободились от пут. Неужели всё закончилось? Однако, я глубоко ошибалась. Херр Маршал по всей видимости не получал удовольствия от лицезрения меня прикованной и отпустил лишь для того, чтобы вновь напасть.