Книга Корона клинков, страница 72 – Елизавета Берестова

— Не совсем хозяина, и не то, чтобы на бутерброды, но суть событий уловлена верно. А теперь давайте знакомиться.

Он подтолкнул вперёд мальчика.

— Это Аэций, прошу любить и жаловать. Перед собой, друг мой, — Ясень обратился к мальчику, — ты видишь во всех отношениях достойного мужа, носящего гордое имя Торквиний, для приятелей — Торки. Но для самых близких друзей у него припасено особое имечко — Дурында.

— Очень приятно, господин Дурында, — склонил светловолосую голову Аэций.

— А чуть позади тебя, — сверкнул глазами обиженный фавн, — господин Этан Брэк Меллорн. Можно Этан, можно Брэк, для врагов — Ясень.

— Дед много говорил о вас, — улыбнулся мальчик, но тут же погрустнел, — я не видел его уже давно. После условного знака я покинул Камышовый плёс.

— Шляпа в окне? — понимающе спросил Торки.

Аэций кивнул.

— Я взял в тайнике деньги и немедленно отправился в Осэну, в таверну «Бережок», снял комнату. Дед говорил, что когда опасность минует, он меня найдёт. Но его до сих пор нет. — В глазах мальчика сверкнула надежда, — вы виделись с ним? Конечно, виделись, как я не догадался. Иначе откуда вам знать, что меня надо искать в Осэне. Правильно? Это дед вас послал?

— Отчасти, — эльф смотрел на племянника с болью в душе, — когда мы пришли в Камышовый плёс, Антоний был уже мёртв.

— Я так и знал, — принц склонил голову, чтобы скрыть против воли набежавшие слёзы, — его нельзя было оставлять одного. Дед так плохо себя чувствовал в последнее время.

— Ты всё правильно сделал, — Ясень положил руку на плечо расстроенного принца, — твоё присутствие ничего не изменило бы, но ситуацию осложнило.

Казалось, мальчик не услышал его слов.

— И потом мне было видение, — произнёс он, немного смущаясь, будто опасался, что окружающие станут над ним смеяться.

— Что за видение? — сразу оживился Торки.

— Я видел деда, — почему-то шёпотом сообщил Аэций, — вчера возле хлебной лавки. Он вышел мне навстречу в своём старом голубом хитоне, который обычно надевал дома. Сначала я очень обрадовался, бросился к нему, а он заговорил не своим голосом. Тут я догадался, что он умер, но зачем-то явился мне. То ли предупредить хотел, то ли ещё что. Но тогда я с перепугу деру дал.

Торки, крепившийся изо всех сил, не выдержал и рассмеялся.

— Зря потешаетесь, господин Дурында, — обиделся мальчик, — разве там, откуда вы родом, не боятся ходячих мертвецов? В подобном страхе ничего постыдного нет. Поглядел бы я на вас на моем месте.

— Мальчик мой, — утробным голосом пробасил Торки, закатив глаза, — какая неожиданная встреча.

Аэций отпрянул.

— Прекрати, Торки, — остановил представление Брэк, — нужно всё объяснить. Видишь ли, Аэций, Торки у нас фавн. И он может по своему желанию превращаться в кого угодно. Приняв вчера облик Антония-травника, он неудачно пытался свести с тобой знакомство.

— Вы и взаправду фавн? — мгновенно забыл обиды мальчик, — настоящий, с рожками?

Торки солидно подтвердил.

— А не могли бы вы, господин фавн, превратиться в самого себя. Ну, пожалуйста, всего на минуточку. О представителях вашего племени мне доводилось только читать, и, честное слово, я ни разу не видел ни одного фавна.

— Я, право, не знаю, — смутился сам объект неожиданного интереса.

— Сделай милость, не заставляй себя долго упрашивать, — подал голос Ясень, — этим ты хоть немного загладишь вину за вчерашний испуг парня.