Книга Хирургические убийства, страница 94 – Елизавета Берестова

— Знаете, — примирительно проговорила чародейка, которой даже стало жаль Вила, — в рекомендациях по ведению расследований сказано, что одно совпадение может ничего не значить, но вот с случае двух и более обязательно требуется тщательная проверка всех фактов и обстоятельств. Давайте посетим нашего общего знакомого и на месте всё выясним. Если у него окажется алиби на позапрошлую ночь, всё в порядке. Станем искать другого мужчину с густыми бровями, охочего до острых ощущений. В противном случае — отработаем мою, пусть даже и не самую приятную версию.

— Да, — кивнул Вилохэд, — давайте. Тем более, что у меня совершенно пропал аппетит. Едемте к нему в гостиницу.

Гостиница, название которой Вил запомнил лишь благодаря своей отличной памяти, располагалась в хорошем районе с таким расчётом, чтобы громада Кленового королевского замка была видна из большинства окон. За стойкой коротал дежурство сонного вида портье. Увидев амулет коррехидора, он как-то неопределённо дёрнулся, словно бессознательно хотел сбежать, но долг заставил его оставаться на месте. Он сглотнул и спросил, чем может оказаться полезным столь важным господам.

— Кто дежурил позавчера? — спросил Вил не очень вежливо. Он был раздражён необходимостью отрабатывания нелицеприятной версии.

— Я, — растеряно ответил парень, — мы дежурим посменно через сутки.

— Вы знаете постояльца по фамилии Цукисима?

— Из номера двадцать шесть? — для чего-то уточнил он.

— Уж не знаю, из какого он номера, меня интересует, в котором часу сей муж пришёл в гостиницу позавчера.

— Вот знаете, — начал портье издалека, — про кого другого я сразу не сказал бы. А вот про названного вами господина могу ответить тотчас и без малейшей заминки: пришёл он под утро, между тремя и четырьмя часами. Я, грешен, придремнул. А тут заваливается с шумом он — ваш Цукисима, навеселе, довольный и счастливый. «Что, — говорит, — спишь такой чудной ночкой, когда сами боги благоволят к смертным!», и бросил мне на стойку банкноту хорошего достоинства, порывался дружески похлопать по плечу и оставил недопитую бутылку дорогого красного вина. Такое разве позабудешь!

— Вы точно указали время? — спросила Рика, успевшая записать в блокноте рассказ о ночных художествах Цукисимы.

— Видите? — портье показал рукой на большие настенные часы, декорированные резными ветками цветущей сакуры, — они прямёхонько передо мной. Как постоялец меня разбудил, я голову поднял, сразу увидал, что часы показывали не то половину, не то без двадцати пяти четыре. Точно. Я подумал тогда, что ещё не рассвело, и до конца смены долго.

— Хорошо, — кивнула чародейка, — постоялец после этого пошёл прямо к себе в номер?

— Куда же ему ещё было идти? — в голосе портье слышалось искреннее удивление, — рестория наша закрылась сразу после полуночи, так что господину Цукисиме одна дорога на второй этаж была. Он туда и отправился.

— А в данный момент сей господин у себя?

Получив утвердительный ответ, они пошли на второй этаж. Двадцать шестой номер обнаружился легко. Вил постучал, получил невнятный ответ, который расценил как разрешение войти, и распахнул дверь. Их взорам предстала странная картина: Ито Цукисима — бывший сокурсник близнецов Окку, ныне сотрудник Адмиралтейства его королевского величества Элиаса, стоял в покаянной позе перед незнакомой женщиной. Женщина обладала весьма привлекательной наружностью, статной фигурой, только выразительное её лицо с крупными чертами портило сердитое выражение.