Книга Хирургические убийства, страница 91 – Елизавета Берестова

— И ни капельки я не сочиняю, — насупилась болеглот, — как мне сказали, так и делаю: всю самую, что ни на есть, чистейшую правду вам говорю. Он что-то махонькое из металлической коробочки вытащил, в рот засунул и прожевал. Как такое, по-вашему, называется, если не съел?

— Ты заметила, что именно он вытащил из коробочки и какого она была размера?

Кики задумалась, прикрыла глаза и показала размер коробочки, раздвинув пальцы. Рика подумала, что речь идёт об обыкновенной таблетнице, куда складывают пилюли.

— Вот насчёт, что там лежало, не скажу. Я на куче сидела, да и особо рассматривать их мне надобности нет. Видала, как мужик что-то небольшое вытащил и съел. Может, ягоду какую, а может, и насекомое.

— Хорошо, допустим, — Рика пометила в блокноте, что преступник во время совершения преступления принял некий препарат, — и что было дальше?

— Что бы он там не схавал, оно его преобразило: руки вытянулись и превратились в какие-то лапы не то с клешнями, не то с когтями; на спине проросли шипы, а рожа вытянулась, наподобие звериной.

— Снова буйная фантазия заработала? — скривился коррехидор, мы ж с тобой договорились!

— Да не вру я, — насупилась Кики и обхватила себя длинными руками, — ни капельки не вру. Когти его хоть и выглядели полупрозрачными, а тело резали не хуже бритвы. Потом он наигрался со своей жертвой вволю и ткнул когтем прямиком под левую грудь. Тут-то женщина и померла. А жаль. Остановился бы, я ещё подзакусить успела бы, а так — всё.

Рика склонилась над трупом. Жруны почему-то в первую голову накинулись на суставы ног, погрызли груди и жировые отложения на животе и бёдрах. Поэтому порезы, вернее большинство из них были прекрасно видны. «А ведь болеглот не врёт», — подумала чародейка. Если на улице Белых тополей цветущая стадия разложения не позволила определить, одним ли орудием были нанесены раны, то здесь при внимательном осмотре было хорошо заметно: одни раны аккуратные, они от острого ножа (возможно, и кортика, о котором упоминала болеглот), но были и иные. Эти с рваными краями, словно женщину отработало когтями некое крупное, хищное животное. И знакомая смертельная рана совпадала с описанием.

— Кики сказала правду, — подтвердила Рика, — на теле есть следы когтей.

— А что я говорила — радостно воскликнула болеглот, — а ты не верил!

— Полагаю, убийца использовал накладные когти, подобное оружие лет пятьсот назад придумали в Делящей небо. Когти, притом отменно заточенные, крепятся к перчатке либо к кольцам-напалечникам, — проигнорировав победный вопль Кики сказала чародейка, — а насчёт внешнего облика наш свидетель мог быть опьянён избытком «вкусных» эмоций.

— Давайте отставим в сторону морды, когти, шипы на спине, — предложил Вил, опасавшийся, что разговор о преображении убийцы в некоего монстра может затянуться, — что стал делать мужчина с густыми бровями после того, как убил свою жертву?

— Он оделся, но сперва вытерся мокрой губкой и полотенцем. У него такая коробочка с губкой припасена была, поглядел ещё, чтобы ни единого кровавого пятнышка на нём не осталось, — уважительно проговорила Кики, ей, видимо, импонировала такая аккуратность, — собрал в мешок полотенце, сложил туда же проституткины одёжки (та их прямо на пол скинула), убрал складной стульчик, нож, подобрал свой окурок и ушёл.