Книга Проклятие пикси, страница 60 – Елизавета Берестова

— Кто такая Вира Корби, что дала вам столь ценные указания? — спросила чародейка. Она точно знала, что в доме нет никого с таким именем.

— Моя предшественница, — охотно пояснила Хана, — она замуж вышла и вместе со своим супружником в деревню к нему уехала. Дура, — неожиданно заклеймила её горничная, — из столицы опять в глушь подалась! Перед тем, как уйти, она мне всё обсказала, как и что тут делать нужно.

— Леди Элеонор утверждает, что заперла кабинет после кончины графа, — Рика прошлась вдоль книжных полок, на них стояло немало книг эзотерического содержания.

— Заперла, — подтвердила Хана, — ключ на общей связке висит. Я его по засушенному хвосту ящерицы узнаю, — девушка вынула из кармана фартука ключ, к которому двухцветным плетёным шнурком крепился засушенный хвост ящерицы, — слыхала я, будто такой оберег злых духов и привидения хорошо отгоняет.

— Ты странных звуков, пока убиралась, не слышала? — чародейка заглянула в камин.

— Каких звуков? — не поняла горничная, — ничего я не слыхала кроме невнятных голосов снизу.

— Нас интересует негромкое пение, — пояснил Вил, — ни на что не похожая мелодия и голос такой противный.

— Так уж и противный! — обида в голосе Ханы слышалась неподдельная, — это я немного напевала, пока пыль чистила.

— Да? — изумился Вил, — так это вы пели?

— И что? — девушка расправила плечи, — законом это не запрещено. Я не собираюсь весь свой век в горничных просидеть или замуж за тупого деревенщину выйти! В Кленфилде столько возможностей! Я, может, певицей сделаться думаю. Может, я тут репетировала, пока не слышит никто.

— Понятно, — изо всех сил сдерживая смех, сказала Рика, — и что ты сейчас исполняла?

— "Танцующие алые листья" — сообщила Хана, — очень даже популярная песенка.

В Кленфилде, наверное, только глухой не слышал "Танцующие алые листья". Песню эту исполняли в музыкальных салонах, играли оркестры в дорогих ресторанах и торговых домах. Даже в парке нередко можно было заметить парней с гитарами, наигрывающих этот мотивчик. Узнать же знаменитые "Листья" в гнусавом завывании горничной можно было разве что после того, как она сама сказала об этом. Рикина бабушка про таких людей говорила, что им лисица плюнула в ухо. Хане же в уши наплевал верблюд, никак не меньше.

— Я тут вспомнила, — она снова принялась копаться в кармане, вытаскивая знакомый ключ с ящеричьим хвостом, помятый носовой платок и серебряную монетку. Потом она всё это затолкала обратно, а из второго кармана вытянула шнурок со странной подвеской из кости, — нашла тута на полу. В прошлую уборку ничего похожего не было.

— Имеете представление, что это и чьё? — Вил рассматривал кусочек кости в виде толстенькой свиньи. Через дырку в ухе проходил шнурок, сплетённый из красных и белых нитей, который заканчивался мудрёным узелком. Он беспомощно болтался на оборванном конце шнурка.

— Впервые вижу, — ответила горничная, — и это уж точно — не моё! Даже не знаю, кому в голову придёт причуда нацепить на себя такую безвкусицу!

Рика взяла подвеску, и руку тотчас кольнуло магией.

— Это амулет, — уверенно заявила чародейка, — оберег из храма, — она повернула амулет и показала прожжённый знак — сложные старинные буквы, напоминающие фрагменты орнамента, — этот алфавит до сих пор используют жрецы.