Книга Тайна призрачного доспеха, страница 66 – Елизавета Берестова

В чародейке рассказанная Эмой история всколыхнула неясные воспоминания, показавшись удивительно знакомой. Вскоре память услужливо подсказала точный ответ: дочь господина Донгури пересказала сюжет детектива, который полгода назад печатался в «Вечернем Кленфилде» и азартно обсуждался её подругой и квартирной хозяйкой. Там речь шла о таинственном убийстве на лестничной площадке доходного дома. Дамы буквально заболели модным детективом, который, как на зло, издавался отдельными главами. Они с удовольствием придумывали свои версии одна фантастичнее другой, пока чародейка не опустила их с неба на землю, объяснив буквально на пальцах, что от ножевой раны в живот будет очень много крови, которая неизменно запачкает и лестничную площадку, поэтому другие соседи сразу заподозрят, что в подъезде случилось что-то неладное. К тому же, не понятно, с какой стати раненый молча пошёл к себе в квартиру, да ещё и запер за собой дверь на цепочку вместо того, чтобы элементарно позвать на помощь.

Любимая дочь господина Донгури явно вдохновлялась той же самой детективной историей.

— Ваше предположение по всем статьям занимательно, — склонил голову коррехидор, пряча улыбку, — но не имеет никакого отношения к преступлению, произошедшему позавчерашним вечером в вашем доме. Во-первых, ваш батюшка был убит прямо за столом, он не вставал и никуда не отходил.

— Откуда вы можете знать? — подалась вперёд Эма, — вас в кабинете не было. Или же госпожа чародейка увидела портрет убийцы, запечатлённый в глазах жертвы?

— Никакого портрета убийцы с сетчатки глаз убитого не считывается, — авторитетно заявила Рика, которая была сыта по горло невозможными предположениями, потоком льющихся из уст Эмы, — сие — досужие вымыслы, где бы вы об этом ни прочли. В журнале «МУ», «Вечернем Кленфилде» или же в каком ином издании подобного пошиба. И избавьте нас от дальнейших доводов из «Таинственного убийства за запертой дверью»! Я понимаю, что газета — шаг вперёд по отношению к глупому журнальчику о псевдомагии, но, уверяю вас, этого недостаточно, чтобы проводить полноценное расследование.

Эма поджала губы.

— Значит, в кабинет отца вы не заходили? — словно бы невзначай, бросил коррехидор.

— Нет, — пожала плечами девушка, словно хотела сказать: «Сколько можно задавать одни и те же вопросы!»

— Довольно притворства, — повысил голос коррехидор, — нам доподлинно известно, что вы БЫЛИ у отца тем вечером. Более того, я могу практически слово в слово повторить ваши сентенции о самостоятельном устройстве жизни, в которой нет места для будущего замужества.

— Значит, вы подслушивали и подглядывали⁉ — усмехнувшись, сказала Эма, с хорошо угадываемой долей презренья, — Королевская служба дневной безопасности и ночного покоя тупо слушает частные разговоры древесно-рождённых подданных. Интересно знать, в курсе ли подобной деятельности его величество Элиас и ваш многоуважаемый отец?

Если девушка пыталась смутить четвёртого сына Дубового клана, то ей это не удалось. Вилохэд даже не удостоил нахалку взгляда.

— Или вы даёте нам исчерпывающие ответы на все вопросы, или, — коррехидор поглядел на Эму так, что та невольно поёжилась, — я забираю вас в коррехидорию и помещаю в уютную камеру подвального отделения, которое наши сотрудники остроумно прозвали «Зоопарком». Там у вас будет достаточно времени поразмыслить о последствиях хамства должностному лицу при исполнении и младшему сыну главы своего клана. Вашу судьбу с этого момента станет решать Палата Корней.