Книга Тайна призрачного доспеха, страница 32 – Елизавета Берестова

— Можете на меня положиться, — с достоинством ответил он.

— И пригласите сюда молодого господина и госпожу Эму.

Камердинер кивнул и удалился.

Пара слуг подхватили лежавшие на полу топор и молоток, вежливо поклонились и тоже исчезли за дверью.

— Боги, — негромко проговорила леди Амита, — всё так неожиданно. Вы не подскажете, в какую сумму нам обойдётся погребение?

Вил и Рика этого не знали даже приблизительно. Дама высказалась о необходимости рассылки сообщений родным и знакомым с приглашениями на похороны, порассуждала о символике этих самых приглашений и замолчала.

— Мама! — с этим возгласом в столовую буквально вбежал молодой Донгури. На нём был роскошный шёлковый халат и домашние туфли, — мама, неужели это правда? Сато поднял меня с постели и пробурчал что-то о том, что отца убил призрак.

— Я тоже прошла через похожую некуртуазную побудку, — к ним присоединилась Эма в пеньюаре и ночной сорочке, — и сразу выставил вон наглеца, посмевшего ломиться в комнату госпожи, словно пьяный матрос в бордель, откуда его выкинули за неплатежеспособность. Сато нёс какую-то чушь про призрака и большую столовую. Отца и правда убили?

— Сядьте, дети, — устало произнесла леди Амита, — господин коррехидор сейчас вам всё скажет сам.

Эма снова одарила Вилохэда многообещающим взглядом и, проходя мимо, намеренно задела мужчину полой своего кружевного полупрозрачного одеяния. Она уселась напротив, положила локти на стол и вперила взгляд в красивое, породистое лицо графа Окку. Дарко присел возле матери, и та мгновенно вцепилась в его руку.

— Господа, — начал коррехидор, — я прошу прощения за столь неожиданно прерванный ночной отдых, но в вашем замке произошло печальное событие.

Далее он кратко рассказал об убийстве призраком предка главы семьи в кабинете за запертой изнутри дверью.

— Все вышеизложенные факты указывают на магическую природу смерти господина Донгури, — закончил он, — посему призрак Масы Донгури подлежит изгнанию.

— Что же вы тянете! — вскричала Эма, вставая с места и наливая себе щедрую порцию вина из стоящей на винном столике бутылки, — будете сидеть, сложа руки, и делать умные заявления, пока опаснейший призрак разгуливает по замку с мечом и рубит головы направо и налево! Я всегда знала, что это чудище опасно.

— Согласен с сестрой, — присоединился Дарко, — это ужасающее пристрастие отца к разговорам с призраком просто не могло закончиться иначе! Да и вообще, о ЧЁМ можно разговаривать с человеком, который сдавал отрубленные головы по счёту своему сюзерену, чтобы получить повышенное вознаграждение! Кажется, в те времена жалование платили не деньгами, а ко́ку риса! Хроники рода выдают нам за особую доблесть бесчеловечное поведение Масы. Когда он убивал ударом в горло, он срубал голову потом, уже с трупа и хвастался перед соратниками количеством и качеством этих самых голов, демонстрируя самые элегантные на специальных сандаловых досках. Я показывал хроники отцу, но разве ж его убедишь! Не удивлюсь, если Маса «добирал» недостающие головы в окрестных деревнях. Отцу было всё равно, он всегда отговаривался брутальностью Эпохи Горячей стали и не переставал восхищаться сомнительными подвигами Масы. Вот и довосхищался дурак…

— Да́рри, мальчик мой, — его мать озабоченно похлопала парня по сжатой в кулак руке, — не стоит говорить об усопшем плохо. Твой отец имел свои странности и причуды, как, впрочем, и любой из нас; но он — твой отец, и он умер. Прояви хоть каплю жалости и уважения.