Книга Тайна призрачного доспеха, страница 35 – Елизавета Берестова

— Вы же говорили, что призраки не общаются? — недоверчиво переспросил коррехидор.

— И повторю, вы правы. Они не способны общаться в обычных обстоятельствах с обычными людьми (тут не важно, связаны эти люди с ними кровными узами или нет). Я осуществлю ПРИЗЫВ, то есть свяжу то, что бродит по Желудёвому замку и то, что находится во владениях бога смерти. Бог смерти Эрарру, очень надеюсь, не откажет своей посвящённой в такой малости, как временное объединение души покойного с утерянным в нашем мире куском. Тем более, что потом я отправлю ему душу назад, уже в каком-то смысле исцелённую, восполненную недостающей частью, застрявшей тут на столетия.

Вил хотел уже уточнить, в чём именно будет состоять ритуал, и не опасен ли он для жизни самой чародейки, как в обеденную залу, ставшую без остальных людей гулкой и пустой, вошла женщина средних лет и приятной наружности. Одета она была по всем правилам в форму горничной, даже наколка на волосах наличествовала.

— Господин граф, — поклон, — госпожа чародейка, — другой поклон, — меня к вам направила миледи. Я — Линда, камеристка леди Амиты. Приказывайте мне по своему усмотрению, — закончила женщина с ещё одним безупречно вежливым поклоном.

Рика повторила то, что совсем недавно говорила своему начальнику, потребовав мешочек крупной соли, которой ещё ни разу не солили еду, двенадцать свечей (потом подумала, и сказала, что обойдётся и шестью, решив, разрезать пополам) и бутылку крепкого алкоголя.

Линда внимательно выслушала просьбу чародейки, потом уточнила:

— Горная розовая соль вам подойдёт? Старый господин был чрезвычайно придирчив по части соли, обычную даже в рот не брал. Мы выписываем раз в полгода соль из Делящей небо. Как раз месяц назад пришла очередная посылка, и большая часть мешочков даже не распаковывалась.

— Отлично, — обрадовалась Рика. Качество соли играло немаловажную роль в ритуале. На редкую и дорогую розовую горную соль она даже и не надеялась.

— Одного мешочка вам будет довольно? — уточнила камеристка, — соль развешана по кину (600 гр).

— Принесите на всякий случай два.

— Со свечами всё просто, — продолжала Линда, — подам, сколько нужно: желаете шесть, желаете — дюжину.

— Шести будет довольно.

Последовал очередной вежливый поклон, долженствующий продемонстрировать полное согласие.

— Касательно алкоголя. Его тоже никто не должен был пить, я полагаю?

— Вы верно полагаете, — кивнула чародейка, — мне нужна непочатая бутылка крепкого: сакэ, самогон или же западное виски, не важно. Несите, что есть.

— Господин Хаято питал тайное пристрастие к настойкам, изготовленным в домашних условиях, — невозмутимо продолжала Линда, — естественно, гостям он их никогда не подавал, ибо почитал напитками низкими, недостойными его знатности и теперешнего положения. Для приготовления настоек мы регулярно закупали в алхимической лавке спирт. Главным условием была крепость: горит или же не горит. В кладовой осталось порядка трёх запечатанных бутылок со спиртом. Подойдёт?

— Великолепно, конечно, подойдёт.

У Рики просто не было слов. Линда — настоящее сокровище. Она даже чуточку позавидовала госпоже Донгури, которой посчастливилось иметь в камеристках эту симпатичную, невозмутимую женщину. Линда с полуслова понимала, что от неё требуется, делала правильные выводы и ненавязчиво предлагала самые удобные и удачные варианты.