Книга Тайна призрачного доспеха, страница 119 – Елизавета Берестова

— Мама права, — присоединился к леди Амите её сын, — неужели у Королевской службы дневной безопасности и ночного покоя нет более насущных дел, кроме как проводить часы и дни в чужом замке в тщетных попытках изловить воздух?

— Отчего же только в Желудёвом замке, барон? — скульптурные губы коррехидора изогнулись в хищной улыбке, — мы бываем в различных местах и сводим знакомство с разными людьми. Например, не далее как пару часов назад у нас состоялась прелюбопытнейшая беседа с господином Гидо Равли по поводу ваших ставок на ипподроме «Беговой».

— Не устаю удивляться широте ваших интересов, граф, но, увы, я не только не знаком с человеком, имя которого звучит, словно он — иностранец; я впервые слышу о ипподроме «Беговой», и уж, тем паче, никогда не делал там никаких ставок, — заявил Дарко, презрительно улыбнувшись.

— А ещё нам стало известно о некой барке, совсем недавно арестованной таможенниками, — проигнорировав замечание Дарко, продолжал Вил, — её название «Невинный цветок» вам знакомо?

— С какой стати я должен интересоваться судьбой какого-то делийского судна и его грузом специй?

— С тех самых, когда вы знаете, что барка делийская, да ещё нагружена специями по самую ватерлинию. Господин коррехидор ни единым словом об этом не обмолвился? — прищурилась Рика.

Ей показалось, что Дарко выдал себя с головой, но тот и не думал смущаться. С того момента, как он унаследовал родовой титул, его поведение заметно окрасилось надменностью и высокомерием. Он одарил чародейку таким выразительным взглядом, в котором презрение к несовершенству женского ума в равных пропорциях смешивалось с древесно-рождённой спесью, после чего ответил:

— Любому мало-мальски сообразительному артанцу известно, что львиная доля контрабандных товаров поступает в Артанию от нашего материкового соседа. Следовательно, большая вероятность, что барка, название коей по мнению графа по какой-то непонятной причине должно быть мне знакомо, прибыла именно из Делящей небо.

Дарко остановился с чувством превосходства поглядел на собеседников.

— Это раз. А главная статья дохода от контрабанды — продажа наркотиков, которые в известной среде называют «специями», «солью», «вкусненькими добавочками» или же «микстуркой». Полковник обронил слово «специи», и какой, с вашего позволения я должен был сделать вывод? Задержали, значит, контрабанда. Специи, значит, наркотики. Тут не надо иметь какой-то особенный, аналитический ум. Я понимаю, женщине, даже чародейке, умственные усилия могут даваться с бо́льшим трудом, нежели мне.

— Ваша теория, барон, конечно, очень забавна, — проговорил Вилохэд, — особенно, если вы её поведаете за дружеским застольем, но меня она совершенно не впечатлила. Особенно, в свете столь любопытного события, как пропажа денег на кондитерской фабрике. Сумма прекрасно коррелирует с суммой, в которой оценен груз на «Невинном цветке». Я думаю, всё было совершенно не так, как вы рассказываете.

— Может быть вы просветите нас, граф? — пухлые губы Дарко изогнулись в скептической улыбке.

— Охотно, — Вил встал и прошёлся по комнате, остановился возле Дарко, нависнув над ним, — мне кажется, что всё началось с вашего увлечения скачками. Мне сложно судить, что именно подтолкнуло вас к такому шагу: нехватка содержания, что выделял вам отец; жажда лёгких денег или же простая, ничем не замутнённая азартность. Сие уже не суть важно. Важно то, что в сферу ваших интересов попали азартные игры, — он сделал ещё несколько шагов, — уверен, если поспрашивать о вас в элитарных игорных клубах, найдутся те, кто с лёгкостью припомнит ваше имя. Но так или иначе, остановились вы на лошадиных бегах. И вот три месяца назад «верный» человечек подсказал (естественно, не безвозмездно) беспроигрышную комбинацию для ставок на ипподроме «Беговой».