Книга Тайна призрачного доспеха, страница 116 – Елизавета Берестова

При появлении четвёртого сына Дубового клана Гидо элегантным, текучим движением убрал ноги, положил сигару в пепельницу, сделанную из человеческого черепа, и протянул руку в приветствии. Вил пожимать руку не стал, просто кивнул.

— Гидо Равли к вашим услугам, — проговорил он с едва заметным акцентом, — имею честь представлять господина Вана в разговоре с вашим сиятельством. Чем могу быть полезным Королевской службе дневной безопасности и ночного покоя в лице самого полковника Окку и сеньоры?

— Мистрис Таками, — поправил иностранца коррехидор, — чародейки на службе его величества.

— Ах, простите, — эмоционально воскликнул байфань и выразительным жестом приложил руку к груди, — простите, если своим вольным обращением, принятым на моей далёкой родине, я невольно оскорбил достоинство мистрис Таками!

— Извинения приняты, — Вил даже не дал девушке открыть рта, — вам знакомы эти билеты?

Гидо не стал делать удивлённого лица и интересоваться, почему Королевская служба дневной безопасности и ночного покоя интересуется ставками на бегах в ресторане делийской национальной кухни. Вместо этого он просто взял корешки, внимательно посмотрел на них, кивнул головой словно бы своим каким-то внутренним мыслям, потом вернул Вилу билеты и сказал:

— Да, эти ставки сделаны на нашем ипподроме «Беговой», а когда они были сделаны вы можете понять, посмотрев на дату. Осмелюсь поинтересоваться, что случилось?

Коррехидор проигнорировал вопрос и продолжал:

— Имя Дарко Донгури вам знакомо?

Байфань сделал безразличное лицо дипломата и уклончиво ответил:

— Мало найдётся людей в обществе Кленфилда, кому было бы неизвестно имя молодого барона Донгури. Этот юноша ведёт активную светскую жизнь и не чужд азартных развлечений. Лошади и скачки — как раз одни из них.

— Давайте без этих ваших подходов, — оборвал альбиноса Вил, — если вы в данный момент представляете интересы Расписного башмака с его пошатнувшимся здоровьем, то должны понимать, насколько важно для него, да и для всей вашей, — он чуть запнулся, подбирая подходящее слово, — организации проявить лояльность. У Королевского сыска достанет возможностей не просто осложнить вам жизнь, но и сделать её совершенно невыносимой. Поэтому ответьте, когда и сколько проиграл на скачках младший барон Донгури?

— Точную сумму проигрыша я вам назвать не сумею, — Гидо сложил руки домиком, покосившись на прогорающую в пепельнице дорогущую сигару, — потому как делами ипподромов у нас ведают другие люди. Мне известно лишь, что проигрыш составил несколько десятков рё, и случилось это событие приблизительно три месяца назад.

— Он расплатился?

— Нет, — усмехнулся байфань, — видите ли, молодой барон оказался одним из тех, кто уверовал в недостоверную информацию. Вы же понимаете, милорд, что мы вынуждены принимать контрмеры против желающих слить новых фаворитов и тем самым лишить нас законной доли прибыли. Поэтому «верные» люди распространяют «верные» данные о том, на какую лошадь следует сделать ставку, дабы обресть желанный выигрыш 1:20. На одного такого «верняка» и нарвался Донгури. Ещё одно живое подтверждение, насколько вредно такое чувство, как жадность. Он повёлся на ложную возможность, в которую с охотой поверил и сделал крупную ставку. Его кредитором стал один из наших маджи — молодняк, ретивые ребята, которые жаждут обрести положение в организации. Так мы называем пополнение организации. Само собой, лошадь не победила (мы всегда в таких случаях сливаем имена явных аутсайдеров, чтоб уж наверняка). Таким образом, младший Донгури остался должен нам несколько десятков рё. Надеюсь, вам не надо объяснять, чем чреваты подобные долги, особливо в тех случаях, когда должник не возвращает одолженное? Раз рискнул вести с нами дела, значит и принимаешь наши правила, и не можешь рассчитывать, что знатность или положение защитит тебя от последствий.