Книга Сокровище дархана, страница 88 – Марианна Красовская

Это было ужасно и прекрасно одновременно. Никогда Ситара не представляла рядом с собой никого, кроме Ингвара. Его она любила, о нем мечтала, его ждала. Но и дракон был важен. Если у нее будет дракон… Дух захватывало от открывающихся перспектив. Она сможет править Дарханаем. Она подарит жизнь детям со второй ипостасью. Она продолжит угасший род. Она овладеет магией — той самой, что предсказал ей Хашур еще на корабле.

Она станет сильной. И никогда больше ни один мужчина не сможет ее похитить. Даже пальцем прикоснуться не посмеет. Выпустив дракона, Ситара больше не будет беззащитной. Она уничтожит любого врага и сумеет при необходимости защитить своих детей.

Но чтобы выпустить дракона, ей нужно предать Ингвара. Стиснув зубы, Ситара зажмурилась, мечтая уснуть и проснуться в любом другом месте. Да хоть бы в спальне Змея — все лучше, чем вот так рваться на части! Великая Мать, за что ей такое испытание? Чем она заслужила? С детства нянюшка рассказывала, что драконы освобождаются после первой ночи с мужчиной. Один раз и навсегда. Рассказывала и об одной правительнице, истинным которой оказался раб. Та женщина спала с ним… а потом тот умер, и она вышла замуж за хорошего человека и родила ему сыновей. И дети ее были со второй ипостасью. Как умер раб, нянюшка не говорила, но Ситара и сама понимала, что его убили. Негоже правительнице отдавать себя недостойному.

Ситара не любила Асахана и не была уверена, что смогла бы с ним жить. Но в голову настойчиво лезла мысль, что один-то раз можно ему отдаться. Перетерпеть, смириться. Ради второй ипостаси.

Она терпеливо ждала Ингвара в гареме Угурского Змея, готовая к тому, что может подвергнуться насилию в любой момент. На самом деле ей просто повезло, что она осталась невинной. И даже если бы Змей надругался над ней, Ингвар никогда не обвинил бы ее — Ситара была в этом уверена. Ему нужно было ее тело, но душа — больше. А сейчас… почти то же самое, верно?

Не в силах больше выносить душевные муки, она поднялась, вся дрожа, и любимый тут же поспешил к ней.

— Рыбка моя золотая, почему не спишь? Замерзла? Голодная?

Ситара стиснула зубы.

— Нам нужно поговорить.

Когда такую фразу произносит любимый человек — любой встревожится. Ингвар спрятал страх под ресницами. Он все еще не верил, что Ситара в его руках, ждал какого-то подвоха. Не спал, не ел, с огромным трудом удерживал себя в руках. Лисом бы оборотиться да сбежать в горы, но нельзя, не время.

Что его тяготило?

Виноватый вид Ситары хлестнул словно кнутом. Вот оно, страшное. Что она расскажет?

— Давай поговорим, — соглашался он, протягивая ей ладонь. — Хашур, иди уже спать. Я один подежурю. Буду засыпать — разбужу Асахана.

Угурский маг бросил на влюбленных, которые вовсе не выглядели счастливыми, нечитаемый взгляд и кивнул. Не стоит им мешать.

Ингвар опустился на землю у костра, а Ситара, поколебавшись, примостилась у него на коленях. Это было хорошо. Значит, она не отвергает его прямо сейчас. И прикосновений его не боится. Может, обойдется? Мало ли какие глупости возникают в голове у женщин?

Не обошлось.

Уткнувшись носом в грудь любимого, Ситара не нашла в себе сил придумывать что-то и сказала как есть:

— Мой дракон готов к полету.

— Так это же хорошо? — обрадовался было Ингвар.